Исторические сведения о Каинске и окрестностях, научные труды и воспоминания проезжающих и местных жителей Опции

[Петрович]

В течение всего предшествовавшего Первой мировой войне более чем пятидесятилетнего периода проблема преступности в западносибирском регионе оставалась весьма серьезной. Как было установлено Д.М. Шиловским, это время в Сибири сопровождалось постоянным ростом преступности, который значительно опережал рост численности населения, а возрастание количества преступлений происходило
во многом за счет тяжких, доля которых в общей массе преступных посягательств медленно, но неуклонно увеличивалась. Анализ статистических данных о количестве и характере совершенных в Томской губернии преступлений за последние предвоенные годы (1910–1912) подтверждает, что преступность в целом и интересующая нас уличная преступность в частности в этот период также сохраняли тенденции к росту. Весьма подробные сведения по конкретным видам уличных преступлений, опубликованные в Обзорах Томской губернии за 1911 и 1912 гг., отражают рост числа краж, изнасилований, разбоев и грабежей, нанесения тяжких телесных повреждений и убийств. В сибирской деревне криминальная ситуация в целом была более благоприятной, нежели в городах, где уровень преступности был примерно в 2,5 раза выше. Но и в городах степень криминальной опасности была различной. Так, если проанализировать статистику убийств, то наиболее безопасными в криминальном отношении городами губернии накануне войны следует признать Бийск и малые города – Кузнецк, Колывань и Боготол.

Неоднозначной была ситуация и в быстро растущем Новониколаевске, где в 1910 г. было зафиксировано рекордное для крупных городов Западной Сибири количество убийств в пересчете на численность населения, но в последующие годы случаи убийства были редки настолько, что город можно было бы отнести в этом плане к числу наиболее безопасных.

Наименее благоприятными в криминальном отношении следует признать Барнаул, а из малых городов - Каинск, Мариинск, Нарым, Татарск и Тайгу, где одно убийство приходилось, как правило, менее чем на 3000 жителей...

Источник: Цысь С.Н. Уличная преступность и обеспечение порядка в городах Томской губернии в годы Первой мировой войны (1914 - осень 1917 гг.) /Известия Алтайского государственного университета. №4-1. 2010 г.
Издательство: Алтайский государственный университет (Барнаул)

Скачать весь текст

[Петрович]

Заглянув в Обзор Томской губернии за 1912 год, с удивлением узнал, что в 1912 г. в Каинске насчитывалось 32 предприятия с 270 рабочими и суммой производства 939,5 тыс. руб. Казалось бы, продукции производилось много - почти на миллион рублей.

Однако же 113 предприятий Новониколаевска, на которых трудилось 2072 рабочих, за этот же 1912 год выпустили продукции на 8997,7 тыс. рублей - в 9 раз больше...

В 1913 году в Каинске было уже 34 промышленных заведения, но количество работников сократилось до 254... будем надеяться, что в результате механизации производства.

[Петрович]

Развитие товарно-денежных отношений в сибирской деревне первой половины XIX в.
(по материалам Каинского округа Томской гу­бернии)
Ф.С.Кузьмина

Каинский округ, самый западный из всех округов Томской губернии, занимал центральную часть Барабинской степи. На севере, в верховьях р. Оми и ее притоков территория округа сливалась с Васюганской боло­тистой низменностью, а на юге в районе озера Чаны и речки Карасук граничила с Алтайским горным округом.

По сведениям Томского губернского правления Каинский округ в 1825 г. занимал пространство в 87300 кв. верст. Все население округа - русские и татары-барабинцы - проживало на территории 27004 кв. верст. Остальные 60296 кв. верст по характеристике этого документа «заклю­чают в себе одно лесное и болотистое пространство, кое привесть в настоящую известность по пустоте и необитаемости никаких средств не предвидится» 1).

В первой половине XIX в. население Каинского округа состояло из государственных крестьян, ссыльных поселенцев, прибывавших сюда в большем количестве из центральных губерний России, и ясачных татар-барабинцев. Государственных крестьян в Каинском округе в 1812 г. бы­ло 10953 души мужского пола, в 1850 г.— 23589 2). Сведения о количестве ссыльных поселенцев менее полны и, кроме того, они часто противоречат друг другу, так как строгого учета ссыльных не существовало. После сопоставления данных нескольких источников можно считать, что в Каин­ском округе находилось в 1825 г. 2690 душ мужского пола ссыльных, в 1840 г.— 9529 3). Татар-барабинцев по сведениям, доставленным в ясачную комиссию, в 1830 г. числилось в округе 2481 душ мужского пола 4).

Хозяйственная деятельность населения развивалась в условиях товарно-денежных отношений, получивших в первой половине XIX в. зна­чительное распространение в связи с господством денежной ренты. Еще в 30-е годы XVIII в. свыше 50% западносибирских крестьян на госу­дарственных землях выплачивали денежную ренту, а с 1762 г. она стала

1) Центральный государственный исторический архив в г. Ленинграде (ЦГИАЛ), ф. 379, on. 1, д. 974, л. 120.
2) ЦГИАЛ, ф. 1264, on. 1, д. 4, лл. 46—47. Государственный архив Омской обла­сти (ГАОО), ф. 3, on. 1, д. 352, лл. 536—537, ф. 3, оп. 2, д. 3096, л. 363.
3) ЦГИАЛ, ф. 1264, on. 1, д. 26, лл. 114—115, д. 32, лл. 263—265, д. 38, лл. 139— 140; ГАОО. ф. 3, оп. 2, д. 1927, л. 228.
4) ЦГИАЛ, ф. 1264, on. 1, д. 277, л. 463.

господствующей формой эксплуатации сибирских крестьян 5). При денеж­ной ренте непосредственный производитель продолжает производить сам наибольшую часть своих средств существования, однако, часть его про­дукта должна теперь быть превращена в товар, произведена как товар. Характер производства изменяется, утрачивает свою независимость от связи с обществом. Денежная рента предполагает уже более значитель­ное развитие торговли и городской промышленности 6).

В крестьянских хозяйствах наиболее развитый торговый характер приобретала та или иная сторона хозяйственной деятельности в зависи­мости от специфических условий. Среди сибирских крестьян были рас­пространены различные виды занятий. Н. М. Дружинин отмечал, что сибирские крестьяне наряду с занятием земледелием усиленнно занима­лись скотоводством и разными промыслами 7).
Поэтому, пожалуй, неправильными являются попытки искать раз­витие товарно-денежных отношений только в земледельческом хозяйстве крестьян, как это делают Л. И. Светличная и Г. П. Жидков 8).

Л. И. Светличная считает, что товарно-денежные отношения разви­вались сильнее всего в сельском хозяйстве и торговле, слабее — в про­мышленности. Для сбыта сельскохозяйственной продукции в Сибири имелся, якобы, довольно значительный внутренний рынок, возникший на базе общественного разделения труда. По ее сведениям в Сибири в 1819 г. из всего урожая в 5 млн. четвертей, на хлебный рынок было выброшено 2,5 млн. четвертей, а вместе с крупной и другими продуктами — 3 млн. четвертей 9).
Это положение неверно как в теоретическом, так и в фактическом плане. В. И. Ленин, разбирая вопрос о возникновении товарного произ­водства, показал, что такой продукт, как хлеб везде и всегда всего позже и медленнее втягивается в товарное обращение 10).

Общественное разделение труда в Сибири в 1 четверти XIX в. не достигло еще такой степени развития, когда разложение товаропроиз­водителей распространяется на земледельческую промышленность. Г. П. Жидков рассматривает также товарность только земледель­ческого хозяйства приписных крестьян Алтайского горного округа и утверждает, что в первой половине XIX в. она росла быстрее, чем в Европейской России. Этот вывод он строит на основе применения осо­бой методики расчета. Суть ее заключается в том, что из всего урожая определяются путем подсчета в общем по округу внутренние потребности крестьянских хозяйств, т. е. учитывается расход зерна на посев в буду­щему году, на питание населения и на корм лошадей. Оставшаяся мас­са хлеба объявляется товарной. На основании таких расчетов оказалось, что в урожайные годы уровень товарности земледельческого хозяйства крестьян достигал высокого процента, а в неурожайные годы сводился к нулю. Остается совершенно недоказанным — реализуется ли на рынке
весь хлеб, показанный как товарный, за тот или иной год.

5) М. М. Громыко. Соотношение видов феодальной ренты в Западной Сибири в первой половине XY1II в. Изв. СО АН СССР, Л» 9, вып. 3, 1964, стр. 107—108.
6) К. Маркс. Капитал. Т. 3, М., 1951, стр. 810.
7) Н. М. Дружинин. Государственные крестьяне и реформа П. Д. Киселева. Т. 1, М,—Л., 1946, стр. 423—429.
8) Л И. Светличная. К вопросу об экономическом развитии Сибири в 1 чет­верти XIX в. Ученые записки Тюменского пединститута, т. V, вып. 2, 1958. стр. 137— 150; Г. П. Жидков. Уровень товарности земледельческого хозяйства приписной де­ревни Западной Сибири в дореформенный период. Изв. СО АН СССР. № 5 вып 2, 1964, стр. 117—125.
9) Л. И. Светличная. Указ, соч., стр. 138—140.
10) В. И. Ленин. Полное собрание сочинений. Т. 1, стр. 113.

В кн.: Вопросы истории Сибири. Томск, Изд. ТГУ, 1967 г. С.47-58.

ЗЫ. Продолжение следует..

[Петрович]

Таблица о про­центном содержании товарного хлеба в валовом и «чистом» сборе не показывает роста товарности земледельческих хозяйств из года в год, а, наоборот, говорит о резких коле-баниях, что находится в противоре­чии с выводом автора о существовании тенденции быстрого роста товар­ности земледельческого хозяйства крестьян в предреформенный период 11).
Безусловно, отрицать втягивание земледельческих хозяйств крестьян в торговый оборот не приходится. Вполне достоверными являются факты продажи хлеба сибирскими крестьянами на заводы и рудники Алтайско­го горного округа, на казенные и частные винокуренные заводы, в воен­ные провиантские магазины, в города, в северные неземледельческие районы, в Казахстан, а с 30-х годов XIX в. на прииски частных золото­про-мышленников в Томский округ и Енисейскую губернию. Но преуве­личивать товарность земледельческого хозяйства крестьян тоже нет ос­нований. В первой четверти XIX в. потребителем хлебной продукции в Сибири было только казенное ведомство. В 1820 г. М. М. Сперанский указывал, что в Западной Сибири ежегодно требовалось в провиантские запасные магазины, а также на казенные винокуренные заводы 2062000 пудов хлеба 12). Другим крупным потребителем хлебной продук­ции были заводы и рудники Алтайского горного округа, куда в 1818 г. требовалось на заводской провиант 84000 четвертей, или 672000 пудов хлеба 13).

Кроме того, что в Сибири был недостаточен рынок для сбыта сель­скохозяйственных продуктов, существовали еще многочисленные ограни­чения торговли, в том числе торговли хлебом, введенные местной адми­нистрацией и сохранившиеся вплоть до 20-х годов XIX в. В Томской губер­нии, например, население не имело права продавать хлеб, скот и лес за пределы губернии, а также из одного округа в другой. Для продажи этих предметов каждый раз необходимо было получить особое разреше­ние 14). С 1812 по 1818 гг. действовал запрет о вывозе хлеба в Казахстан и Среднюю Азию. Только по особым разрешениям начальника сибирско­го корпуса генерал-лейтенанта Глазенапа за это время было отпущено за границу 8500 четвертей хлеба 15).

При закупке хлеба для казенных потребностей широко были рас­пространены различного рода злоупотребления. Земские чиновники
и полиция произвольно устанавливали в каждом округе низкие цены на хлеб, по которым принуждали крестьян продавать его. Из-за вымога­тельств и злоупотреблений земских чиновников крестьяне неохотно яв­лялись на торги, объявляемые казенными палатами 16).

Против существующих ограничений в торговле М. М. Сперанским в 1820 г. были изданы «Подтвердительные правила о свободе внутрен­ней торговли в Сибири»17) . От городской и земской полиции требова­лось «не делать ни малейшего стеснения внутренней торговле». Запре­щалось препятствовать привозу продуктов сельского хозяйства в города или селения и продаже их по вольным ценам. Все продукты одного округа или губернии разрешалось свободно доставлять и продавать в другие места. Отменялся старый порядок заготовки хлеба для казен­ных потребностей через земских чиновников и полицию. Хлеб должны были покупать с торгов на основании общих правил. Если крестьян, продающих хлеб, на объявленные торги являлось мало, то разрешалось каждой воинской части или винокуренному заводу посылать своих ко­миссионеров в села, где они могли купить хлеб. «Подтвердительные правила» содержали пункт о праве свободной торговли как своим, так и покупным скотом. Никто не должен был спрашивать особого разрешения на прогон скота по трактовым или про­селочным дорогам.

11) Г. П. Жидков. Указ, соч., стр. 123—125.
12) ЦГПАЛ, ф. 1264, on. 1, д. 3, лл. 13—14.
13) Г. П. Жидков. Указ, соч., стр. 122.
14) М М. Сперанский. Отчет в обозрении Сибири с предварительными сведе­ниями и основаниями к образованию ее управления. Сборник С. Прутченко «Сибирские-окраины», СПб., 1899, стр. 7—8.
15) ЦГИАЛ, ф. 1287, oп. 1, д. 1550, л. 255.
16) М М. Сперански й. Указ, отчет, стр. 8—9, 26.
17) ЦГИАЛ, ф. 1409, oп. 1, д. 3199, лл. 1 — 16.

«Подтвердительные правила» открывали простор развитию торговли сельскохозяйственными продуктами. Но далеко не сразу и не везде преж­ние ограничения торговли были устранены. Так, в 1823 г. каинский зем­ский исправник пытался запретить крестьянам делать закуп хлеба с це­лью его перепродажи 18). Генерал-губернатор Западной Сибири Капцевич вместо объявления торгов по закупке хлеба, снова начал практиковать старые методы, посылая в округа своих адъютантов, которые заставляли крестьян продавать хлеб по низким ценам. Сибирский комитет в 1826 г. осудил действия Капцевича и потребовал соблюдения «Подтвердитель­ных правил» 19).

Постепенно с устранением ограничений торговли продуктами сель­ского хозяйства была ликвидирована прежняя изолированность и хлеб из одной губернии мог быть продан в другие. Свобода торговли способ­ствовала росту товарности земледельческого хозяйства крестьян. Рост товарности земледельческих хозяйств, таким образом, связан с увеличе­нием рынков сбыта. Однако в первой половине XIX в. в Западной Сибири после того, как были освоены южные плодородные лесостепи, крестьянские хозяй­ства стали остро ощущать узость рынка сбыта. В 1827 г. сенаторская комиссия отмечала, что в южных плодородных округах Тобольской гу­бернии крестьяне «не имеют способов сбывать хлеб, цены при изобиль­ном урожае упадают до такой степени, что не могут вознаградить тру­дов поселянина» 20).

В 30-е годы XIX в. спрос на сельскохозяйственные продукты несколь­ко увеличился в связи с возникновением частной золотопромышленности
в Томском округе, основанной на вольнонаемном труде. В Томский округ стали привозить на продажу хлеб из всех соседних округов и даже из Тобольской губернии.1 В 40—50-е годы XIX в. развитие золотопромыш­ленности переместилось в Енисейскую губернию, куда по-прежнему по­ступали на продажу продукты сельского хозяйства из Западной Сибири 21). В 30-е годы XIX в. возросла торговля на пограничной сибирской линии. С 1835 г. здесь разрешили свободную меновую торговлю между казахами и русскими и продажу хлеба с платежом отпускных пошлин. Затем особыми указами от 18 июня и 3 июля 1835 г. было разрешено: «для поощрения киргизов к развитию хлебопашества дозволить в тече­ние десяти лет отпускать во внешние округа Омской области всякого рода хлеб и земледельческие орудия для киргиз беспошлинно» 22).

18) ЦГИАЛ, ф. 1376, on. 1, д. 33а, лл. 112—113.
19) Материалы, касающиеся некоторых беспорядков по управлению в Западной Сибири. Сборник С. Прутченко «Сибирские окраины», СПб., 1899, стр. 307.
20) ЦГИАЛ, ф. 1376, on. 1, д. 4, л. 62.
21) ГАОО, ф. 3, оп. 2, д. 1927, л. 429; Ю. А. Гдгеменстер. Статистическое
обозрение Сибири, т. 2, СПб , 1854, стр. 326—327.
22) ЦГИАЛ, ф. 1264, on. 1, д. 45, лл. 15—16.

Там же.

[Петрович]

В общем объеме хлебной торговли Сибири соответствующее место занимала продукция каждого округа. Для того, чтобы судить об уровне товарности земледельческого хозяйства крестьян, необходимо иметь не­которое представление о состоянии земледелия.

В Каинском округе земледелие было распространенным занятием среди крестьян. В 1840 г. ревизоры комиссии, организованной министер­ством государственных имуществ, П. Д. Киселевым, установили, что в Каинском округе земледелием занимались почти все крестьяне, за ис­ключением 425 человек, что составило 2% от общего числа. Очень мало занимались земледелием ссыльные поселенцы и татары-барабинцы. В 1840 г. только 10,5% ссыльных поселенцев Каинского округа сеяли хлеб в небольшом количестве 23). Среди татар-барабинцев преобладало промыслово-охотничье хозяйство. С 1832 по 1835 г. татары Каинского округа ежегодно засевали хлебом в общей сложности от 244 до 291 де­сятины земли 24). Совсем не занимались земледелием татары Каргалинской волости, расположенной в лесной болотистой местности в верховьях речки Тартас.

В первой половине XIX в. в Каинском округе под посевами было занято следующее количество земли: в 1812 г.— 10793 десятины, и в 1849 г.—55194 десятины. Посевная площадь возросла не только в об­щем по округу, но и в расчете на каждую ревизскую душу. В 1812 г. на каждую ревизскую душу государственных крестьян приходилось около 1 десятины посева, в 1849 г.— по 2,3 десятины. В эти же годы валовый сбор зерна был равен в 1812 г.— 78501 четверти, в 1849 г.— 337650 чет­вертей 25).

Продукция земледельческого хозяйства каинских крестьян в первой четверти XIX в. поступала в продажу на Екатерининский винокуренный завод, расположенный около г. Тары, куда с 1818 по 1826 г. ежегодно требовалось около 19000 четвертей хлеба, и в военные провиантские магазины на Иртышскую линию. Иногда хлеб в Каинском округе поку­пали для отправки в северные неземледельческие округа, но только в тех случаях, когда не могли полностью сделать закупки в селениях округов, что примыкали непосредственно к берегам Оби и Иртыша, по которым сплавляли закупленный хлеб на север 26). Поставка хлеба в Екатерининский винокуренный завод и в военные провиантские мага­зины не была монополией каинских крестьян. Хлеб указанным потреби­телям поставляли еще крестьяне Тарского, Омского округов и из других мест. В 1820 г. из Каинского округа было продано в военные провиант­ские магазины только 4358 четвертей 27).

Из-за недостатка сбыта зажиточные крестьяне накапливали в своих амбарах большие запасы хлеба, который успешно могли реализовать в неурожайные годы. Так, например, в неурожайном 1813 г. зажиточные крестьяне Иткульской и Убинской волостей выгодно продавали накопив­шиеся у них запасы хлеба и раздавали беднякам с условием отработки. Они просили исправника, приехавшего сюда для проверки бедственного состояния поселенцев и крестьян, не разрешать выдачу хлеба из запас­ных магазинов потому, что они, «имея друг о друге попечение из своих собственных избытков и покупкою до будущего урожая, не допустят никого до потери с голоду» 28). Зажиточные крестьяне Иткульской и Убин­ской волостей стремились воспользоваться затруднениями бедняков и продавали хлеб по высоким ценам.

23) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д. 555, л. 154.
24) ЦГИАЛ, ф. 1264, on. 1, д. 40, л. 64; д. 42, л. 65; д. 44, л. 65; д. 46, л. 2!.
25) ЦГИАЛ, ф. 1264, on. 1, д. 4, л. 332; д. 42, лл. 62—63; ГАОО, ф. 3, on. 1, д. 352, лл. 536—537; оп. 2, л. 2764, лл. 474—475.
26) ЦГИАЛ, ф. 1376, оп. 2, д. 33а, лл. 23—26; ф. 1264, on. 1, д. 4, лл. 460—462.
27) ЦГИАЛ, ф. 1264, oп. 1. д. 4, л. 464.
28) ГАОО, ф. 3, oп. 1, д. 188, л. 33.


С 30-х годов XIX в. хлеб из Каинского округа поступал в продажу на золотые прииски Томского округа. В связи с этим заметно увеличи­лось земледелие в Иткульской и Убинской волостях, которые были рас­положены рядом с Томским округом.
Тем не менее в 30—40-е годы XIX в. вопрос о рынках сбыта хлеба являлся одним из самых острых. Об ограниченности хлебной торговли в 1836 г. писал генерал-губернатор Западной Сибири князь Горчаков в докладной записке императору: «в теперешнем положении хлебопа­шества в Тобольской и Томской губерниях при посредственном урожае получается такой избыток хлеба, что за прокормлением туземцев, про­довольствием войск и обеспечением винокурения, остается его немалое количество, из коего ничтожная только часть идет в Киргизскую степь на обмен скота, а остальное затем пропадает без пользы для хозяина или в вящей его ущерб служит к дальнейшему понижению цен и без того столь ограниченных». Эта же мысль звучала в высказываниях чиновника особых поручений главного управления Западной Сибири Смирнова 29).

Там, где сбыт хлеба был особенно затруднен, цены оказывались очень низкими. Ю. А. Гагемейстер отмечал, что в Каинском округе, ко­торый не имел водного пути для отправки хлеба на север и далеко был удален от заводов Алтайского горного округа, цены на хлеб были, по­жалуй, самые низкие из всей Томской губернии 30). Позднее, в 1878 г., Н. М. Ядринцев, путешествуя по Барабе, заметил, что хорошие почвы ее дают сказочно богатые урожаи, вызывающие удивление, но тем не менее доходы крестьян от земледелия невелики. Причиной тому являются низ­кие цены на хлеб из-за отсутствия рынков сбыта 31). Г. Н. Потанин также писал, что в Барабе «вследствие недостатка сбыта и дешевизны хлеба доход от земледелия крайне невелик» 32).

Таким образом, в развитии торговли Сибири хлеб крестьян Каинско­го округа играл незначительную роль и, следовательно, уровень товар­ности их земледельческого хозяйства был невысокий. Тем не менее этот округ не был самым отсталым и захолустным районом. В первой поло­вине XIX в. товарно-денежные отношения получили здесь соответствую­щее развитие. Более высоким уровнем товарности отличалось скотоводческое хо­зяйство крестьян Каинского округа. Мясо, масло, сало, так же как и хлеб, все время поставляли в военные провиантские магазины, а с 30-х го­дов — на золотые прииски в Томский округ. Продукты скотоводства в большей мере, чем хлеб скупались на сельских ярмарках и базарах. В 30-е годы XIX в. на Ишимскую ярмарку ежегодно привозили до 80000 пудов сала, 10000 пудов масла и около 300 пудов щетины 33). В этом числе была продукция и из Каинского округа.

29) ЦГИАЛ, ф. 1409, оп. 2, д. 6035, лл. 48—49; ф. 1589, on. 1, д. 560, л. 18.
30) Ю. А. Гагемейстер. Указ, соч., стр. 327—328.
31) Н. М. Ядринцев. Поездка по Западной Сибири и в горный Алтайский ок­руг. Записки Западносибирского отд. имп. рус. геогр. общ-ва. Кн. 2. Омск. 1880, стр. 17.
32) Г. Н. Потанин. Бараба. Живописная Россия. Т. XI. СПб., 1884, стр. 104
33) Ю. А. Гагемейстер. Указ, соч., стр. 296.

Там же.

[Петрович]

В Западной Сибири был большой спрос на воловьи кожи, которые выделывали на многочисленных кожевенных заводах. Больше всего кожевенных заводов находилось в Тюменском округе. В Каинском округе в 30-е годы XIX в. было два кожевенных завода, которые в 1835 г. оказались во владении одного хозяина и были расширены. В 40-е годы XIX в. завод выпускал до 3000 штук выделанных кож на 27000—30000 рублен серебром в год 34).

Кроме того, в 1840 г. в Каинском округе было еще 15 ремесленников-кожевников из крестьян, которые занимались производством кож на продажу. Один из них из д. Назаровой Покров­ской волости вел кожевенное дело в крупных размерах. В конце 40-х го­дов XIX в. в с. Устьянцево Нижне-Каинскои волости был открыт коже­венный завод, состоящий из 3-х чанов, купцом 3-й гильдии Максимом
Митрохиным. Из материалов Киселевской ревизии за 1839—1840 гг. из­вестно. что в с. Устьянцево один крестьянин занимался торговлей выде­ланными кожами, скупая их у крестьян 35). Можно с уверенностью ска­зать, что эта торговля дала ему возможность накопить необходимую сумму денег и открыть свое предприятие. Развитие торговли способство­вало выделению зажиточной верхушки деревни. Продукция кожевенной промышленности Каннского округа находила сбыт внутри округа, а так­же вывозилась на продажу в Китай через Кяхтинскую таможню 36). По сведениям Ю. А. Гагемейстера в 1847 г. юфть каинской выделки со­ставляла 3% от общего числа проданной в Китай, а в 1848 г. — 12% 37)

Крестьяне Каинского округа успешно занимались скотоводством. В 1865 г. П. Завалишин, описывая Западную Сибирь, выделил Каинский
округ как район скотоводства, а особенно коневодство, которое было здесь развито даже лучше, чем на всем юге Тобольской губернии 38). В 1835 г. во владении каинских крестьян находилось 35614 лошадей и 47530 голов крупного рогатого скота 39). В среднем на каждую ревиз­скую душу приходилось по 2 лошади и 2,6 голов крупного рогатого скота. Обеспеченность скотом так же, как размеры земледелия крестьян, были неодинаковы. В 1840 г. в селениях Верхне-Омской волости приходилось в среднем на каждый двор от 2-х до 40 голов. В деревнях Старогутовой, Горбуновой, Козиной в среднем на каждый двор приходилось по 10 го­лов крупного рогатого скота и лошадей вместе, в с. Иткульском — по 20 голов, в д. Коятской — по 27, в Костылевой — по 40, в Чулымской — по 60 40). При существовании имущественного неравенства, характерного для всего феодального периода, подобные цифры говорят о том, что у одних крестьян имелись большие табуны скота в несколько сотен голов, у других — одна, две лошади.

Но самые большие доходы получили крестьяне от коневодства. В первой половине XIX в. с ростом торговых оборотов Ирбитской ярмарки и в Кяхте увеличились перевозки грузов по тракту. Перевозка различных грузов и проезжающих давали крестьянам постоянные зара­ботки, зависящие от того, сколько лошадей они могли использовать для этой цели. Все грузы через Сибирь перевозились на лошадях. В 1834 г. было установлено, что иногда в один день в каком-нибудь месте по тракту требовалось для подъема грузов, находящихся в пути, до 200 ло­шадей 41). В 50-е годы XIX в. около 5000 лошадей в подводах проходило от одного конца Сибири до другого, остальные менялись по дороге. Всего по главному сибирскому тракту ежегодно перевозилось до миллиона пудов груза, для подъема которого требовалось 50000 лошадей 42).

34) Государственный архив Томской области (ГАТО), ф. 3, оп. 18, д. 180, л. 55; д. 174, лл. 58—59; оп. 4, д. 123, лл. 116. 201—202.
35) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д. 554, лл. 90—112, ф. 144, оп. 2, д. 134, л. 26.
36) ГАТО, ф. 3, оп. 19, д. 121, лл. 35-436.
37) Ю. А. Гагемейстер. Указ, соч., стр. 533.
38) И. Завалишин. Описание Западной Сибири, т. III, М., 1865, стр. 13.
39) ГАТО, ф. 3, оп. 19, д. 193, л. 46.
40) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д. 558, лл. 195—234.
41) Центральный государственный архив Октябрьской революции (ЦГАОР), ф. 109, 4 эксп., оп. 189, д. 169, лл. I—9.
42) Ю. А. Гагемейстер. Указ. соч. 282—283.

На основании материалов Киселевской комиссии известно, что в Каинском округе в 1839—1840 гг. выделялась уже определенная груп­па крестьян — «извозопромышленников», которые регулярно занимались перевозкой грузов. В Убинской волости они составляли 26%, в Иткульской — 30%, в с. Осиновые Колки Верхне-Каинской волости — 35% от всего количества населения. Ревизоры комиссии разделили всех извозопромышленников на две группы: хозяев и работников. К числу хозяев-извозопромышленников от­носились те крестьяне, у которых извозный промысел был поставлен как крупное дело. Многие из них занимались извозом по торговым свидетель­ствам. Они заключали подряды на перевозку большого количества ка­зенных или купеческих грузов до определенного места.

В Усть-Тартасской волости было четыре таких крестьянина. Доходы их определены ревизорами комиссии по разному, у двух по 8000 рублей, у двух других по 2000 рублей в год 43). Эти показания ревизоров о доходах крестьян нельзя считать вполне достоверными, так как они получались на осно­вании суммарных опросов крестьян и самостоятельных вычислений реви­зоров. Крестьяне, боясь роста налогового обложения, старались скрыть и преуменьшить истинные доходы.

В Верхне-Омской волости извозопромышленников, которые занима­лись перевозкой большего количества грузов, было 39 человек, в Верхне- Каинской волости—12, в Казанской, которая была удалена от тракта,— 5 человек. О некоторых извозопромышленниках известно, что они имели по четыре — шесть постоянных работников 44). Хозяйство этих крестьян носило уже торговый характер. Лошадей в таком хозяйстве держали для занятий извозным промыслом, а земледелие обеспечивало продуктами питания работников-ямшиков и кормом лошадей. С помощью дохода, получаемого от извозного промысла, крестьяне расширяли размеры своих хозяйств и использовали труд обедневших односельчан. Другие крестьяне вследствие недостаточной предприимчивости или в результате падежа лошадей от сибирской язвы, эпизоотии, которые почти ежегодно происходили в Барабе, утрачивали возможность само­стоятельно заниматься промыслом и попадали в зависимость от подрядчиков-извозопромышленников, превращаясь в «извозчиков-работников». Так, в Иткульской волости «хозяев» извозопромышленников было 119 человек, а «извозчиков-работников» — 251 человек, в Убинской воло­сти первых было 135, а вторых — 217 человек 45).

Кроме хозяйств извозопромышленников в селах по тракту был еще ряд крестьянских хозяйств, отличающихся высоким уровнем товарности. Это были содержатели постоялых дворов. В каждом крупном селе по тракту было по несколько постоялых дворов, хозяева которых имели развитое земледельческо-скотоводческое хозяйство для обеспечения пи­танием проезжих за определенную плату.

43) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д. 554, лл. 78—109.
44) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д. 554, лл. 78—109.
45) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д.,554, лл. 110—116.

[Петрович]

Развитие товарно-денежных отношений наиболее ясными чертами выступало в промысловых занятиях крестьян. Жители Каинского округа, проживающие около озера Чаны, занимались ловлей рыбы на продажу. В 1822 г. около озера Чаны имелось несколько деревень, жители которых занимались исключительно рыбной ловлей и забросили земледелие. О них земские исправники писали, что живут они очень бедно, ибо весь улов рыбы заранее продают скупщикам по низким ценам. В 1882 г. из озера Чаны добывалось до 20000 пудов рыбы в год. При этом вывози­лось на продажу свежей рыбы 11500 пудов, вяленой 1600 пудов 46).

К 50-м годам XIX в. рыбный промысел в озерах Бэрабы достигает более значительных размеров, несмотря на то, что хищнический лов, а также обмеление озер привели к уменьшению рыбных запасов. В 50-е годы XIX в. из озера Чаны добывалось около 150000 пудов рыбы, из Сартлана, Урюма и Тандова до 30000 пудов в год. Количество добывае­мой рыбы несколько уменьшилось, но продажа ее увеличилась. В один только Алтайский горный округ из озер Каинского округа вывозилось на продажу 10000 пудов окуней, щук и 36000 пудов карасей, чебаков, лен­ков и ершей 47). Кроме того, мороженая, вяленая и копченая рыба про­давалась на ярмарках Каинского округа и вывозилась в южные округа Тобольской губернии.

Развитие торговли способствовало углублению имущественной диф­ференциации крестьянства и перерастанию ее в капиталистическое рас­слоение. Среди «рыбопромышленников» Каинского округа этот процесс был заметен особенно ясно. В Казанской волости, расположенной на северном берегу озера Чаны, к 1840 г. сложилось несколько компаний из крестьян-рыбопромышленников, ведущих лов рыбы неводами. Каждая компания нанимала работников. Так, в с. Зюзинском находилась компа­ния из четырех крестьян-рыбопромышленников и 29 работников, в д. Бе­ловой — в составе трех хозяев и 28 работников, в д. Чистоозерной — из трех хозяев и 36 работников. Рыболовецкие компании, подобные этим, показаны ревизорами Киселевской комиссии в десяти деревнях Казан­ской волости. Богатые крестьяне-рыбопромышленники Казанской воло­сти были в то же время наиболее зажиточными земледельцами и ското­водами. Так, крестьянин Первухин, один из самых крупных рыбопромышленников, владел всем островом Банниковым на озере Чаны, где имелось пахотных и сенокосных угодий до 120 десятин. В хозяйстве его было 65 голов крупного рогатого скота и лошадей 48). С другой стороны, в Казанской волости были такие крестьяне, кото­рые, занимаясь добычей рыбы, попали в зависимость от скупщиков. Часто они не имели собственных орудий лова и брали их у богатых рыбопро­мышленников, за что отдавали часть пойманной рыбы. Сельское хозяй­ство этих крестьян приходило в упадок. Не имея возможности восстано­вить свое хозяйство, бедняки-крестьяне забрасывали его и превращались в наемных работников. В этих случаях не выгодный промысел, а нужда заставляла крестьян порывать с сельским хозяйством.

46) ГАОО, ф .3, on. I. д. 48, лл. 13, 14—21, 41—42.
47) Ю А. Гагемейстер. Указ. соч. стр. 216.
48) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д. 554, лл. 103—109.

В материалах Киселевской ревизии зачатки капиталистического рас­слоения крестьян выступают яркими чертами. В селах Каинского округа появились представители зарождающейся сельской буржуазии, которые сосредоточивали в своих руках занятие выгодным видом промысла, име­ли крупное земледельческо-скотоводческое хозяйство и эксплуатировали труд обедневших односельчан. Безусловно в это время крестьянская бур­жуазия не получала еще большего влияния и не была так могуществен­на, как во второй половине XIX в. В 30—40-е годы XIX в. она только начинала формироваться.

На другом полюсе деревни из числа «крестьян начали выделяться полупролетарские элементы. В материалах Киселевской ревизии по каж­дому округу Тобольской и Томской губерний показано определенное число «неоседлых» крестьян, которые, как указал Н. М. Дружинин,«не имели собственного хозяйства и жили продажей своей рабочей си­лы» 49). В Каинском округе число «неоседлых» крестьян составило 4,7% от общего числа государственных крестьян 50). Кроме того, в Каинском округe проживало много ссыльных поселенцев, часть из них занимались каким- либо промыслом, т. е. были плотниками, портными; для других един­ственным источником существования была работа по найму в хозяйстве зажиточных крестьян. Таким образом, процент деревенского полупролетариата был значительно выше указанного.

Товарно-денежные отношения в Каинском округе к началу 40-х годов XIX в. получили уже значительное развитие. Об этом, кроме всего выше сказанного, свидетельствовал рост ярмарочной торговли. В начале XIX в. в Каинском округе имелась только одна ярмарка в с. Вознесенское, кото­рая происходила ежегодно весной. В 30-е годы XIX в. она стала самой крупной по торговым оборотам не только внутри округа, но во всей Том­ской губернии. На ярмарку в с. Вознесенское приезжали купцы, мещане и крестьяне из разных округов Тобольской и Томской губерний и даже известные на всю Россию «вязниковцы», торгующие красными товарами и иконами. На Вознесенской ярмарке продавались шелковые, хлопчато­бумажные товары, крестьянские сукна и потники, колеса, железные изделия, серые и выделанные кожи, вяленая, копченая и свежая рыба, деготь, смола, хлеб, скот, сало и другие товары крестьянского производства. В 1838 г. на ярмарку было привезено товаров на сумму 76000 руб­лей, а в 1851 г. на 87710 рублей. Основная торговля заключалась в за­купке товаров крестьянского производства. «На ярмарку в Каинском округе приезжают из округов Тобольской и Пермской губерний для за­купки сельских произведений от местных жителей» 51).

В 40—50 годы XIX в. в селах Каинского округа, расположенных по тракту, возникли новые ярмарки. Четырехдневные осенние ярмарки происходили в селах Иткульское и Спасское. В 1857 г. по просьбе кре­стьян была организована ярмарка в с. Осиновые Колки. Крестьяне утверждали, что даже первое время торговые обороты ее будут не менее 5000 рублей, и что они смогут здесь продавать крупный рогатый скот и лошадей, сырые воловьи кожи и овчины, сало, масло, щетину, хлеб и различные ремесленные изделия. С 1854 г. начала действовать еже­годная осенняя ярмарка в с. Круглоозерное. В 50-е годы XIX в. кре­стьяне уже не могли обойтись без рыночных связей. Все большее коли­чество продуктов своего хозяйства они продавали на ярмарках и сель­ских базарах.
Промыслово-охотничье хозяйство татар-барабинцев тоже втягива­лось в торговлю. Татары продавали шкурки белок, горностаев, лисиц,
птичий пух, рыбу. Для некоторой части обедневших татар единственным источником существования являлись сезонные работы в хозяйстве зажи­точных русских крестьян 52).

С расширением торговли в Каинском округе появились торговцы-скупщики, основная хозяйственная операция которых состояла в покупке
товаров крестьянского производства для перепродажи. В 30-е годы XIX в. в Барабе появились скупщики хлеба, которые заключали торговые до­говоры с военным ведомством или винокуренными заводами, на его по­ставку. В 1840 г. в Казанской волости находилось два скупщика рыбы, в Верхне-Каинской два скупщика скота 53). Представители зажиточного меньшинства концентрировали сбыт в своих руках, превращая его в крупный и регулярный. Появление скупщиков свидетельствовало о том, что товарное производство выходило из низшей стадии своего развития, когда мелкий производитель сбывал на местном мелком рынке свои то­вары часто непосредственно в руки потребителя. С появлением скупщи­ков «мелкий производитель оказался отрезанным от рынка и безза­щитным перед властью торгового капитала» 54).

Но скупщики были представителями примитивных форм торгового ростовщического капитала. В. И. Ленин указывал, что «докапиталистическая деревня представляла из себя (с экономической стороны) сеть мелких местных рынков, связывающих крохотные группы мелких произ­водителей» 55). Так, в первой половине XIX в. в Каинском округе происходил про­цесс превращения натурального хозяйства крестьян в товарное, которое было основанием для возникновения элементов капиталистического уклада.

49) Н. М. Дружинин. Государственные крестьяне и реформы П. Д. Киселева. Т. I. М —Л , 1946, стр 431.
50) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. 1, д. 558, лл. 195—311.
51) ГАТО, ф. 4, оп. 18, д. 106, лл. 1, 21; ф. 3, оп. 19, д. 220 л 23
52) ЦГИАЛ, ф. 1589,'on. 1, д. 555, лл. 50—53.
53) ЦГИАЛ, ф. 1589, on. I, д. 554, лл. 96, 103—109.
54) В. И. Ленин. ПСС, т. 3, стр. 359.
55) В И. Ленин. ПСС, т. 3, стр. 381.

[Петрович]

....Потребности развития образования и культуры вызвали развитие общественной инициативы горожан, выразившейся в формировании культурно-просветительских, профессиональных и благотворительных обществ, основанных, в отличие от традиционных сословных институтов, на демократических всесословных началах. Первым таким обществом явилось Каинское отделение Общества попечительного о тюрьмах, созданное МВД и общественностью. В Томской губ. работу по его организации начали в 1840 г. губернский прокурор Владимиров и епископ Агапит. 6 июня 1844 г. возник Томский губернский комитет, а в 1852 г. открыли каинское отделение. Общество осуществляло общий надзор за состоянием мест заключения, снабжало заключенных одеждой и продовольствием, устраивало бани.

В 1862 г. МВД перечислило губернскому комитету 21756 руб., а частные пожертвования составили 33713 руб. Каинскому отделению казна выделила 4605 руб., а частные благотворители дали лишь 48 руб. 39 коп. Эти деньги затратили на устройство арестантов во флигелях купцов Дубровина и Сурикова после пожара в остроге (644 руб.), на одежду и продовольствие (3465 руб.), на добавочное жалование палачу (39 руб. 20 коп.) и мелкие расходы. Общество функционировало до 1917 г. [39]

39. ГАТО. Ф. 9. Оп. 1. Д. 123. Л. 521., 874; ГАОО. Ф. 3. Оп. 4. Д. 5369; Благотворительные учреждения российской империи. СПб., 1900. С. 362.

В кн.: Г.А. Ноздрин. Культурная жизнь города Каинска в XIX — начале ХХ в./Города Сибири XVII - начала XX века. Выпуск 2 - история повседневности. Изд. Института истории СО РАН. С.165-166

[Фома]

К вопросу о названии города - Каинск.
В Иране имеется Каин - город в Кухистани - горной области в южной части Хорасана.
Это название явно не от березы, их там просто нет. В этой части Хорасана жили и живут племена иранских тюрков, не помню названия.

[Петрович]

На интернет-аукционах временами всплывает дореволюционная почтовая открытка с подписью "Дворец каинского эмира".
Некоторые всерьез считают, что он жил в Каинске Томской губернии

Первой остановкой была "Ферма Ерофеева"

Ферма Ерофеева находилась в Нагорном. Более известна, как школа мастеров маслоделия.

Сначала на Молотке, а теперь уже и на Мешке, несколько лет подряд продается открытка, владелец которой уверен, что на ней изображена "Ферма бояр Ерофьевых"

[Фома]

Резолюцией его преосвященства от 6 марта с. г. за № 1269 преподано Архиерейское благословение, с выдачей грамоты, почётной гражданке г. Каинска Ксении Дмитриевне Ерофеевой за пожертвование в 1900 г. 300 руб. на покупку дома для градо-Каинской церковно-приходской школы. Об этом сообщили "Томские епархиальные ведомости" 1901 г. № 6.

[Петрович]

Великому Господину Высокопреосвященнейшему
Евгению, Архиепископу Тобольскому и Сибирскому
и Разных Орденов Кавалеру

[Под] вход. № 1191

Тарскаго Духовнаго Правления

Рапорт

Рапортом сему правлению благочинный протоиерей Иосиф Попов донес, что во исполнение указа Тобольской духовной Консистории от 18 сентября за № 3151-м в городе Каинск холодная во имя Спаса нерукотворенного образа церковь, ноября 18 числа на память святых мучеников Платона и Романа, выданным Святым Антимином по чиноположению им Собор[но] освящена, о чем сие правление Вашему Высокопреосвященству почтенно рапортует.

Вашего Высокопреосвященства
Милостивейшего Архипастыря
всенижайшие послушники:
Протоиерей Иосиф Попов
Иерей [Павел Денисов]
Иерей Петр Кор[юков]

С донесением о освящении в городе Каинске, холодной Спасской церкви.
№761. Ноября, 25 дня 1829 года.

Титулярный советник Е[...]

[artem.panafidin]

С донесением о освящении в городе Каинске, холодной Спасской церкви.
№761. Ноября, 25 дня 1829 года.(МОЖЕТ ГОД 1729?)Или это освещение каменной Спасской церкви?

Первые документы которые я нашёл по Спасской церкви датируются 1751г,исповедальные росписи.

Сообщение отредактировал artem.panafidin - 8.4.2016, 12:56

[Петрович]

Нет, по 1751 году было отдельное доношение о постройке в Каинском форпосте Спасской церкви, но оно написано допетровской кириллицей, очень сложно разбирать

[Фома]

[quote name='artem.panafidin' post='43810' date='8.4.2016, 10:52']С донесением о освящении в городе Каинске, холодной Спасской церкви.
№761. Ноября, 25 дня 1829 года.(МОЖЕТ ГОД 1729?)Или это освещение каменной Спасской церкви?



Сообщение отредактировал Фома - 9.4.2016, 19:21

[Петрович]

Абрамова, Ал-ндра Алексѣева, Каинск. мѣщ. вдова, расточит., 909, №42-44, VII, ст. 264. Каинск. с. с.

Бородинъ Федор Ив., Тюкалинск. куп., душ.-бол., 905, № 65-67, VII, ст. 263. Каинск. с. с.

«Верхне-Ичинскій винокуренн. № 14 заводъ» , т-во въ лицѣ членовъ, Каинск. мѣщ. Ив. Гаврил. и Вас. Ив. Арзамасцевыхъ и кр. с. Муромцева, Тарск.у., Ив. Михайл. Романова, несост., 908, №24-26, VI, ст. 328. Томск. о. с. Пр.

В кн.: Максимов В. Я. Алфавитный указатель совершеннолетних лиц и товариществ (акционерных обществ, товариществ на паях и торговых домов), ограниченных в правоспособности (объявленных несостоятельными должниками или (лиц) отданных под опеку или попечительство) во всей Российской империи со включением сведений о прекращении неправоспособности, за время с 1866 г. по 1 июля 1911 г. : Справ. кн. для нотариусов и всех лиц, совершающих акты и засвидетельствования / Сост. В. Максимов. - Москва : Юрист, 1912. - XIV, [2], 1208, [1] с.; 26.

[Петрович]

В кн.: Краев Ф.М. География Томской губернии для учителей средних и низших учебных заведений, учащихся учительских институтов, семинарий, педагогических курсов, высших начальных и 2-хклассных училищ / Ф.М. Краев, зав. Том. 3 муж. высш. нач. уч-щем. - Томск : тип. Губ. упр., 1916. - [2], 122 с., 9 л. ил., карт. : табл.; 22. C. 17-19

[Петрович]

Указ
царя Михаила Федоровича тобольским воеводам А. Трубецкому и
И. Волынскому о необходимости устройства острога в устье реки Оми

31 августа 1628 г.

От царя великого князя Михаила Федоровича всея Руси, в Сибирь, в Тобольск, воеводам нашим, князю Олексею Микитичю Трубецкому да Ивану Васильевичу Волынскому, да диакам нашим, Семену Сабакину да Емельяну Евсевьеву.

В нынешнем 136 году, апреля в 7 день писали к нам из Тарского города воеводы князь Юрьи Шеховской да Михайло Кайсаров.

А на Москве Тарского города служилые люди распрашиваны, и в роспросе голова конных казаков Назарей Жадовский да конные казаки, Безсонко Учюжников с товарищи, сказали, что от Тарского города вверх по Иртышу на устье реки Оми острог поставити мочно, место хорошо и угоже, и лесу де близко много, и толко де на Омском устье острог поставити, и из того де острогу оберегати нашим ясачным людем будет береженье великое от колмацких людей; и надобеть де служилых людей в тот острог человек с двести и болши. И как де колмацкие люди учнут на ясачные волости приходить войною, и их задору только де велети служилым людем, освестясь ясачными людьми, над колмацкими людми на их кочевья и на перевозах промысл чинити, и чает де того, что впредь на наши волости колмацкие люди войною приходити не учнут. А от Омского устья до барабинского острогу езду сухим путем два днища, а служилых людей в Барабинском остроге посылано было из Тарского города, конных Литвы и казаков, по сороку человек. И как де велеть на Омском устье острог поставить, и впредь де мочно в том остроге и пашню завесть, а Барабинской острог тогды мочно свесть. И нам бы о том велети указ учинити.

И как к вам ся наша грамота придет и вы б в Тобольску о том расспросили и сыскали подлинно (и буде все то по сыску и высмотру окажется правда) вы б из Тобольска велели послать сына боярского добра, кому б тот острог устроити и крепостьми укрепить и служилых людей велели с ним послати того острогу ставити откуда будет пригоже не из одного города, сколько будет надобе и велели им тот острог поставить и крепостьми укрепить гораздо, и указали служилым людям в том остроге быти по годам переменяясь. А как на Омском устье служилые люди острог поставят и крепостьми укрепят и вы б на Омском устье на пашню велели послать крестьян из пашенных из ближних городов, откуда пригоже, чтобы пашни завести, а семена велели б есте послати из Тобольска или откуда будет ближе.

Да кого имянем сына боярского и сколько человек служилых людей того острогу ставить пошлете, и вы 6 о том о всем велели отписати к нам в Москве, а отписку велели отдати в приказе казанского дворца боярину нашему князю Дмитрею Мамстрюковичу Черкаскому, да диакам нашим, Ивану Болотникову да Ивану Грязеву. А как тот острог на Омском устье поставят и крепостьми укрепят, и вы б Барабинской острог велели свести, впредь служилых людей посылати не велели; и на Омское устье на пашню пашенных крестьян сколько человек из которого города послати велите, и вы б потомуж о том отписали к нам к Москве.
Писано на Москве, лето 7136, августа в 31 день.

Припись дьяка Ивана Грязева
на обороте : Справил Микита Левонтьев

(Русская историческая библиотека, Т.VIII, СПБ, 1884, С.524-527. Дела Сибирского приказа. Стл. №6084)

Барабинский острог.
« … Тарским служилым людям в Барабинском остроге нужа великая, запасов завести на год конми на вьюках не мочно, а водяного пути в Барабинский острог нет». (Отписка тарских воевод Шаховского и Кайсарова, 1628 г. // Русская историческая библиотека. Т. VIII № 11, XVI).

Из этого видно, что Барабинский острог стоял не на реке судоходной или сплавной. Вероятно, он был при каком-либо озере, которыми изобилует Бараба. Местоположение его, хотя и не точно, определяется словами: «А от омского устья до Барабинского острогу езду сухим путем два днища».
Полагая на день езды по ровной степи 50–60 верст, надо считать, что он лежал от устья Оми на расстоянии 100–120 верст по направлению к оз. Чанам, на котором русские промышляли рыбу. Здесь же кочевали немирные калмыки (Русская историческая библиотека. Т. VIII, № 11, XXXIX).
Таким образом, он должен был находиться на северо-запад от оз. Чанов.
О времени построения острога см.: Русская историческая библиотека. Т. VIII. С. 567 (ок. 1625 г.).
Так как более точных сведений о местоположении его нет, то на карту он не нанесен. То же – Убинский летний острожек (Там же. С. 406).
После основания Омской крепости Барабинский острог был уничтожен.

[Фома]

В 2008 году в Новосибирске прошли "Первые Ермаковские чтения «Сибирь: вчера, сегодня, завтра»". С интересным исследованием по изысканиям Западно-Сибирской ж. д. в 1891-1892 гг. выступил историк С.К. Канн. В этой работе автор отмечает такой момент: "Купеческий Каинск ... оказался вдалеке от трассы, т. к. изыскатели, отстраняясь от заболоченной поймы р. Оми, наметили станцию в 8 верстах от города. При этом было заявлено, что Каинск лишён «самостоятельного экономического значения» и вряд ли получит его в будущем». В следующем 1892 г. новое наводнение застало инженеров как раз возле Каинска. Мосты были размыты, а тракт затоплен слоем воды почти на целую сажень. Об этом начальник изыскательской партии Г. В. Адрианов телеграммой сообщил томскому губернатору.
Столкнувшись с этим, инженеры отодвинули магистраль ещё дальше на юг, на 12вёрст от города".

[Петрович]

Каинск в сборнике А. С. Суворина "Вся Россия" : Торгово-промышленный адрес-календарь Российской империи - Санкт-Петербург, 1899.

Винокуренное производство. 2110 заводов. Общ. колич. произв. 78.184 и среднее 30 тыс. вед.
"Бр. Ерофеевы", "Новотроицкий", 124 т. в., г. Каинск
Шкроев, Ив. Вас., "Ичинский", 54 т. в., Нижне-Каинск. в.

Пивоваренное производство. 1053 зав. с обор. 45 387 т. вед. Ср. оборот - 43 тыс. ведер.
-=-
"Бр. Ерофеевы", "№24", пива 6 т. в.; "№14", меда 388 в., г. Каинск

Мукомольное производство. 4 379 мельн. Общ. сумм. произв. 271 706 тыс. руб. Ср. оборот 60 т. руб.
-=-
"Бр.Ерофеевы", б. г. Каинска

Пряничное производство. 116 фабр. Общая сумма произв. 2 351 тыс. руб. Ср. оборот 20 тыс. руб.
-=-
Бр. Волковы, в 5 в. от г. Каинска

Кожевенное производство. 1764 завода. Общая сумма произв. 51 098 тыс. руб. Ср. оборот 30 тыс. руб.
-=-
"Абрамович, Янк. с с-ми", Каинск. окр., Верх.-Каинск. в., с. Чумаково
Горшков Дм. Сем., Каинск. окр., с. Шипицинское, той же в.
Мариупольский Абр. Григ. аренд. Попов Анд. Ос., Каинск. окр., Юдинск. в., с. Кулында
Маршанцев, Род. Степ., Каинск. окр., Юдинск. в., с. Казаткуль
Митрохин Ив. Сам., 1/2 в. от г. Каинска
Мясников Ал-ей Дм., 1/2 в. от г. Каинска
Федоров, Ив. Демид., Каинск. окр., Устьтарск. в., с. Спасское

*После знака -=- идут фабрики с годовым оборотом ниже среднего размера, указанного для каждого производства под его заголовком.

ЗЫ. Бр. Волковы приятно удивили. Не ждал-с