Развесистая каинская клюква или как искажается история, глюки про наш город на других сайтах Опции

[Петрович]

Чего только не пишут в инете про наш город, каких только фото не выкладывают.
Иногда встречаешь такое, что не знаешь, шутка это, ошибка или чего похуже...

Ну вот, например - фото "Центр города" на zap-sib-rail.narod.ru. Что-то я не помню такого места в Каинске...



оригинал здесь

[Петрович]

Еушта же не всегда жила в районе г. Томска. Время прихода ее туда — вопрос очень интересный и для его разрешения естественно обратиться к истории телеутов вообще. Отправной эпохой для всех инородцев является эпоха Чингиз-хана, заново перекроившая всю северную Азию и затронувшая судьбы всех инородцев.

С 1204 г. Чингиз-хан, тогда еще просто Темудзин1), начинавший создавать свою мировую империю, начинает войну со своим могущественным соседом Найманским ханом2) Тояном, с тревогой смотревшим на возрастающее могущество Темудзина. В этом году последний неожиданно нападает на найманов, разбивает их, и Тоян-хан погибает на поле битвы.

В 1206 г. он наносит вторичное поражение найманам, и они с ханом мергитов3) и других непокорившимися племенами бежали за Иртыш, где их Чингиз-хан в 1208 г. разбивает и рассеивает. Среди других телеутских родов, вероятно, было и племя очу, в состав которого входили Еушта и чатские татары. В XIV в. телеуты об’единяются и входят в состав Ойротского царства. После распадения его в XV в. начинается международная борьба между родами. Эта междоусобица запечатлена в сказаниях телеутов4).

В XVI в. район, среди течения реки Иртыша, захватывается Кучумом, человеком, как известно, не сибирского происхождения, а происходившего из Ногай-Шибанского рода5), который начинает насильно обращать в мусульманство сибирских татар, благодаря чему некоторые из них перекочевывают тогда в другие места. Под давлением Кучума, по мнению Сграленберга6), Еушта от р. Сибирки, впадающей в р. Иртыш невдалеке от г. Тобольска, откочевала в район г. Томска. Мнение это поддержано Лербергом7) и, вероятно, правильное, так как из актов видно, что часть рода очу—чатские татары, жившие в верховьях р. Оми, также были подчинены Кучумом в XVI в. и откочевали впоследствии оттуда сначала к устью р. Томи, а затем и к г. Томску. Во всяком случае, древности города Искера, столицы сибирского ханства, находящегося на р. Сибирке, не восходят далее ХІІІ-ХІѴ в., т. е. времени водворения телеутов в этом районе во время Чингиз-хана. Древности же «Тоянова городка», раскопки С. Кузнецова в 1889 г.8) и в самое последнее время проф. А. К. Иванова и М. П. Грязнова9), по преданию, принадлежавшего еуштинцам и находящегося в районе их владений, датируют его не древнее ХѴ-ХѴІ в., т. е. времени перекочевки с Иртыша Еушты к р. Томи.

В это время происходит междоусобная борьба, что, по преданию телеутов, и вызвало подданство их русским10).

Неустойчивое положение в борьбе между родами и другими народностями, боязнь восстания среди еуштинцев заставляют Тояна обратиться за помощью к русским. Эго есть крайнее средство, а совсем не добровольное подданство Тояна, как часто пишут одни авторы об Еуште, а другие принимают это на веру.

1) D'Ohosson —«Histoire des Mongols depuis Tchinguiz-khan».
2) Найманы—один из родов телеутов (Радлов—ibid) жилив районе Алтая, земля их простиралась от вершин р. р. Иртыша и Оби до вершин Селенги.
3) Мергиты—также один из телеутских родов (Радлов—ibid), жили около верховьев р. р. Енисея и Селенги. .
4) Вербицкий—«Алтайские инородцы».
5) Миллер—ibid, Фишер—ibid. Оксенов—«Сибирское царство до эпохи Ермака».
6) Stralenberg—«Das und Ostlich Theil von Europa und ftsia». Stockholm», 1730
7) Лерберг—«Исследование о Югре». СПБ. 1808 г.
8) С. Кузнецов—«Отчет об археологич. изысканиях в окрестностях г. Томска»
9) Материалы не опубликованы.
10) Вербицкий.

Фальк1) об этом пишет так:

«Повод к сему (подданству) подал Тоян, который, чтобы защитить себя от татарских соседей, просил русского царя о постройке города».

Кастрен2) же в письмах к академику Шегрену сообщает:

«Официальные акты показывают, что, несмотря на свое могущество и влияние (Тояна на еуштинцев), он не успел склонить всех; весьма возможно, что, опасаясь восстания своих земляков, он и старался об основании русского города. Владения его простирались на 10 в. в длину и 5 в. в ширину (считая версту по 1000 саж.)».

Тоян—личность историческая. Он в 1604 г. обращается в Москву к Борису Годунову с просьбой о принятии в подданство и о постройке для защиты в его владениях города, при чем он обязуется приводить в подданство и других инородцев, которых он подробно и перечисляет. Для закладки города были отправлены царем Борисом Годуновым голова Писемский и Тырков, которые спешно и построили в 1604 г. укрепленный городок Томск3).

В 1606 г. Тоян приводит в подданство телеутов с князем Абаком. Когда умер Тоян и при каких условиях—неизвестно. Во всяком случае, к еуштинцам отношение было отрицательное со стороны других инородцев. В 1630 г., например, на крепость Тояна, находившуюся на острове против г. Томска, нападает недавно поддавшийся русским князь Абак и мурза чатских татар Тарлов, отбитые только с помощью русских4).

Именем Тояна называется городок, находящийся на левом берегу р. Томи, напротив г. Томска, и озеро, расположенное невдалеке от него, переделанное впоследствии русскими в Нестояновое озеро.

Что же касается второго лица, упоминаемого в предании Басандая, то эта фигура вырисовывается более ярко и более цельно.

Несмотря на свою когда-то крупную роль в истории г. Томска, он совсем не известен, и о нем не говорится ни в одной из книг, посвященных истории г. Томска. Басандай, вероятно, жил около р. Басандайки, в 8 вер. от г. Томска, вверх по р. Томи, где и сейчас сохранился хорошо укрепленный городок со рвом и валом. При перечислении соседних Еуште народов Тоян не упоминает о нем, как будто бы окрестности г. Томска были совсем свободны, хотя владения Тояна были странно ограничены 20-ю вер. в длину и 10-ю в ширину. Но в наказе голове Писемскому и Тыркову, данном Борисом Годуновым в 1604 г., говорится: «а пришед в Томскую волость, поставити сторожи и караулы для бережения крепкие и велети им у себя быти Тояну князю и Басандаю и всем лучшим и средним людям»5). Это указывает на то, что Басандай был видное лицо, с которым нѵжно было считаться и сразу вступить в деловые сношения основателям г. Томска. Но уже в этом же году6) Басандай с киргизским князем Номчей, чулымским—Логой восстают против русских и нападают на только что построенной город Томск. Нападение было отбито русскими, но с этого года начинается упорная борьба свободолюбивого Басандая, борьба человека, не желавшего променять свою свободу на платье яркого сукна с царского плеча да жалованную грамоту.

1) Фальк-ibid.
2) Я. Castren— «Reisehericht und biefe aus den lahren 1^45 — 1819». S. Pet. 1856 г., Жур. Мин. Hap. Проев. 1845 г. № VII—IX.
3) Икона прекрасного письма, присланная Борисам Годуновым в 1604 г. на основание г. Томска, до настоящего времени хранится в «старом соборе» в г. Томске.
4) Миллер—ibid. Фишер—ibid.
5) «Томск в XVII в.» Изд. Горохова. СПБ. 1912 г.
6) Щеглов—«Хронологич. перечень».

В следующем году—1605 г., Постник Вельский, из Кегского острога, сообщая Писемскому в Томск1), что в июле месяце в Кетский острог пришла «Могулина мужика, Майгина, жена Кинопсу, и сказала за собой вести», и от нее он узнал, что Могуля (ее муж), Мстря и Питка с кетскими людьми замышляют нападение на кетский острог. Вельский приказал схватить их и «раздавал по приставам и по три дня их расспрашивал всякими мерами и пытал», и они признались в том, что зимой к ним присылали «Томский князей Басандай да киргизский князец Номчи чулымского князца Логу» и велели, чтобы они над кетским острогом «промышлять всяким промыслом, огнем зажигати» и всех русских убить, а Басандай бы, Номча и Логу напали бы на г. Томск «в деловую пору, как люди разойдутця на пашни, на рыбную ловлю». План был разрушен благодаря предательству жены Могуля. В это время Басандай приобретает с князцем чулымским Логу непримиримого врага русских—князя Номчу, который, намереваясь принять подданство, послал к томским воеводам свою жену. Томские же воеводы, соблазнившись собольей шубкой, ограбили ее.

К 1608 году относятся последние сведения о Басандае в любопытнейшем акте2). Томский воевода Василий Волынский писал царю Василию Ивановичу, что при голове Матвее Ржевском в 1607 г. в Томске «учинилася бесовская болезнь над служивыми и надо многими людьми и над женками» и что удалось ему выяснить причину ее, а именно: «татарин Иванка Новокрещен ходит по татарским юртам ворожить, в бубен бьет и шайтанов призывает», и когда схватили этого Иванку Новокрещенного, то он «у пытки сказал и во всем повинился», что «велели-де ему на служивых людей напускать шейтанов» чулымский князь Логу и Басандай. И когда после этого «признания» схватили Логу, пытали его, то и он подтвердил то же самое и признался «с пытки и в расспросе сказал,что он с Чулымских волостей к нему, к Новокрещену Ивашке, многих шейтанов присылал и из Кузнецка многах шейтанов присылали ж», а потом их Ивашка на русских напускал с тем, чтобы, когда он шейтанов напустит «дли болезни» и «в те было поры приступать к Томскому городу и к острогу Кузнецким и Чулымским и Томскому Басандаю весною, как станет лист разметыватца». И за это все царь Василий Иванович велит воеводе Василию Волынскому посадить в тюрьму Басандая, Логу и других участников. Воевода, «сыскав тех воров, которые своровали и велели шейтанов на русских людей напущати», посадил их в тюрьму.

Это последнее сведение, которое можно найти в актах о Басандае. Вероятно, в эти годы он и погиб.

О герое предания Ушае мне не удалось найти каких-либо исторических сведений, за исключением подтверждения в легенде, записанной Я. Андреевым и упомянутой выше. Во всяком случае, некоторые авторы называют р. Ушайку, протекающую через г. Томск и впадающую в р. Томь,—р. Ушай. Например, Миллер3) пишет: «По сему нижнему посаду (г. Томска) течет р. Ушай, которая в Тому впадает». Впоследствии р. Ушай была переделана русскими в р. Ушайка, которая и до сих пор попрежнему стремит волны к своей Томи.

1) «Русская историч. библиотека» т. 2. № 161.
2) «Рус. историч. библиотека», т. 2, № 181.
3) Миллер—ibid. Чугунов—«Материалы по антроп. Сибири. Древние кладбища г. Томска*. Томск, 1905 г.

То же мы видим и в наших сведениях о княжне Томе. Исторических сведений мы не имеем, а река, получившая, по преданию, ее имя, раньше действительно называлась «река Тома», а не Томь. Так она называется и Миллером1), и Фишером2), и Фальком, и даже в XVII в.3). Поэтому и г. Томск от реки называется твердо Томск, а не Томьск, если бы раньше река Тома называлась р. Томь. И неудивительно, если не сохранилось совсем русских исторических актов об этих двух именах, ведь в истории г. Томска они не могли принять никакого участия, если верить преданию, что они погибли раньше до прихода русских.

Все-таки изучение предания указывает на время заселения еуштинцами окрестностей г. Томска, давшими свои собственные географические названия; указывает предание и на причину возникновения их, на борьбу между собой двух мелких князей и дает, несомненно, материал для изучения инородческой истории.

Еушта появилась в районе Томского округа в конце XVI, и в конце XVI и начале XVII в. получили свои названия и реки. В связи с этим интересно было бы восстановить более древнее название этих мест. В Сибири у инородцев существует странный обычай давать имена рекам и озерам, в которых кто-либо из живущих утонул или даже просто невольно искупался.

Историкам и этнографам следует обратить внимание на этот интересный обычай, и их исследования дадут, несомненно, очень интересный материал.

1) Миллер—ibid.
2) Фишер—ibid. _
3) Описание Сибири по списку Пуб. библ. («Сиб. летоп.» СПБ. 1907 г.)

Сибирские огни, 1926, №3