Миф о массовых репрессиях! Опции

[Петрович]

28 декабря 1973 года – вышел первый том «Архипелага ГУЛАГ». Страшная правда этой книги оказалась едва ли не страшнее атомной бомбы. Вопрос только, насколько в «Архипелаге» был высок процент правды.

Жертвы репрессий

Основные претензии, конечно, к завышенным цифрам репресированных – точной цифры в «Архипелаге» Солженицын не приводит, но везде пишет про многие миллионы. В 41-м, на момент начала войны, как пишет Солженицын, у нас были 15-миллионные лагеря. Точной статистики Солженицын не имел, поэтому цифры брал с потолка, на основе устных свидетельств. По последним данным за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления всего с 1921 по 1954 было осуждено около 4 миллионов человек. А на момент смерти Сталина в лагерях находилось – 2,5 миллиона человек, из них около 27% политических. Цифры и без приписок огромные, но подобная неряшливость в цифрах, конечно, снижает достоверность произведения и дает основания неосталинистам утверждать, что репрессий и вовсе не было, а посадки были по делу.

Беломорканал

А вот статистика Солженицына о жертвах Беломорканала: «Говорят, что в первую зиму, с 1931 на 1932 г., сто тысяч и вымерло – столько, сколько постоянно было на канале. Отчего ж не поверить? Скорей даже эта цифра преуменьшенная: в сходных условиях в лагерях военных лет смертность один процент в день была заурядна, известна всем. Так что на Беломоре сто тысяч могло вымереть за три месяца с небольшим. А еще было одно лето. И еще одна зима». Утверждение основано опять же на слухах. Внутреннее противоречие заметно сразу – если все вымерли, то кто же тогда построил канал? Но и эту цифру Солженицын называет преуменьшенной, что уже вне всякой логики.

Посадили четверть Ленинграда

Также Солженицын утверждает, что во времена массовых посадок в Ленинграде «сажали четверть города». И дальше разжевывает мысль: «Считается, что четверть Ленинграда была расчищена в 1934-35-м. Эту оценку пусть опровергнет тот, кто владеет точной цифрой и даст ее». Солженицынская статистика опровергается очень легко. В 1935 г. население Ленинграда составляло 2,7 млн человек. Репрессиям подвергались в основном мужчины, в 30-е годы женщины составляли не более 7% от общего количества репрессированных, в 40-е, правда, количество репрессированных женщин стало больше от 10 до 20%. Если допустить, что в Ленинграде репрессировали четверть города, то получится — 700 тысяч. Из них мужчины должны были составлять около 650 тысяч (93%), то есть половину от общего количества мужского населения города (не более 1,3 млн). Если вычесть от оставшейся половины детей и стариков (400 тыс. — 30% от общего числа), получим, что в Ленинграде осталось около 250 тысяч трудоспособных мужчин. Подсчеты, конечно, грубые, но солженицынские цифры явно завышены. Спрашивается, кто же тогда работал на ленинградских заводах, кто в 1941-42 отражал натиск гитлеровцев на блокадный город, ведь только в народное ополчение уже к 6 июля 1941-го записалось 96 тыс. человек?

Пропавший лагерь

Смертность в лагерях по Солженицыну была огромной: «Осенью 1941-го Печорлаг (железнодорожный) имел списочный состав – 50 тысяч, весной 1942 – 10 тысяч. За это время никуда не отправлялось ни одного этапа – куда же ушли сорок тысяч? Узнал эти цифры случайно от зэка, имевшего к ним в то время доступ». Здесь опять возникают вопросы: откуда у зэка доступ к списочному составу? Исчезновение же 40 тыс. объяснимо – заключенные Печорлага строили железную дорогу Печора – Воркута, строительство завершилось в декабре 1941-го, а строители были зачислены в Воркутлаг. Да, смертность в лагерях была большой, но не столько, как пишет об этом Солженицын.

Анонимность

Большая часть свидетельств Солженицына основана на анонимных фактах. В первом издании имена 227 авторов, рассказами, мемуарами и свидетельствами которых он воспользовался, Солженицын по понятным причинам не называл. Впоследствии список появился, но не все рассказчики были довольны «Архипелагом». Так, одним из источников Солженицына были устные рассказы Варлама Шаламова. Сам Шаламов впоследствии Солженицына на дух не переносил и даже записал в своих записных книжках: «Запрещаю писателю Солженицыну и всем, имеющим с ним одни мысли, знакомиться с моим архивом».

Из университета – в дворяне

Есть и мелкие недочеты в романе: «Брали дворян по сословному признаку. Брали дворянские семьи. Наконец, не очень разобравшись, брали и личных дворян, т.е. попросту – окончивших когда-то университет. А уж взят – пути назад нет, сделанного не воротишь». То есть по Солженицыну дворянство давали по окончании университета, но против фактов не попрешь – личное дворянство на гражданской службе давали только по достижении IX класса Табели о рангах (титулярный советник). А чтобы получить IX или VIII класс по окончании университета нужно было поступить на гражданскую службу по 1-му разряду, то есть происходить из дворян. По 2-му разряду шли дети личных дворян, духовенства и купцов 1-й гильдии. Прочие шли по 3-му разряду и о IX классе, дающем право на личное дворянство, по окончании университета могли только мечтать. Да и дворянам получить сразу IX класс не всегда удавалось, Пушкин, например, из Лицея вышел коллежским секретарем (Х класс), а титулярным советником стал только 15 лет спустя.

Атомная бомба

Большие вопросы вызывает и сцена, произошедшая якобы на пересылке в Омске: «Когда нас, распаренное, испотевшее мясо, месили и впихивали в воронок, мы кричали надзирателям из глубины: «Подождите, гады! Будет на вас Трумэн! Бросят вам атомную бомбу на голову!» И надзиратели трусливо молчали… И так уж мы изболелись по правде, что не жаль было и самим сгореть под одной бомбой с палачами». Во-первых, за призывы скинуть атомную бомбу на СССР можно было получить надбавку, а заключенные вовсе не дураки, чтобы кричать об этом сотрудникам системы. Во-вторых, об атомном проекте в СССР знали мало, информация об этом засекречивалась – сложно представить простых заключенных, которые бы знали не только об атомном проекте, но и о планах Трумэна.

Григорий Мелехов
РОМАН СОЛЖЕНИЦЫНА "АРХИПЕЛАГ ГУЛАГ" ВКЛЮЧЕН В ШКОЛЬНУЮ ПРОГРАММУ
Источник: "Российская газета", rg.ru. Текст: Мария Агранович. 10.09.2009

Соответствующий приказ подписал министр образования и науки Андрей Фурсенко. Теперь отрывки из романа Александра Солженицына "Архипелаг ГУЛАГ" входят в обязательный минимум содержания основных образовательных программ по русской литературе ХХ века.

Напомним, год назад, в сентябре 2008-го, премьер-министр Владимир Путин поручил минобрнауки доработать учебные программы, чтобы творчество нобелевского лауреата Александра Солженицына в них было представлено более полно. До сих пор обычные российские школьники знакомились с творчеством Солженицына по рассказу "Матрёнин двор" в средней школе, а позже, уже в 11-м классе, проходили повесть "Один день Ивана Денисовича". "Архипелаг ГУЛАГ" входил в обязательную программу по литературе только в профильных классах старшей школы. И, кстати, многим педагогам такое положение вещей казалось неправильным.

"Естественно, имя Солженицына упоминается, когда на уроках истории изучают 30-е годы ХХ века, период хрущевской оттепели, 90-е годы. Но простое увеличение часов на изучение этого автора в рамках предмета, не даст должного результата" - так считает московский учитель истории Андрей Лукутин. Многое, по его мнению, зависит от того, как материал преподнесет учитель, насколько грамотно будет организован учебный процесс. Ведь можно на уроках литературы изучать произведения Александра Солженицына именно как художественные, а на уроках истории уже рассматривать их как документальные свидетельства эпохи.

Кстати, и сам министр Андрей Фурсенко в свое время говорил о том, что важно знать не только художественные произведения автора, но и его публицистику. В частности, труд "Как нам обус-троить Россию". Глава образовательного ведомства считает, что в 10-м классе ребята уже вполне готовы воспринимать литературу такого уровня.

Теперь, когда "Архипелаг ГУЛАГ" включен в федеральный компонент государственных образовательных стандартов, изучение фрагментов романа станет обязательным для всех российских старшеклассников.

http://www.xpomo.com/ruskolan/liter/soljenic.htm


Re: А.И. Солженицын Миф против реальности.
« Ответ #6 : 31.01.2010, 15:50:02 »

Ему ставили в вину пропаганду фашизма.
В советских литературных кругах его называли: "Литературный власовец." Это именно так.
Меньше верьте тому,что написано в "Архипелаг Гулаг." На нескольких страницах Солженицын описывает пытки, которые применялись на следствии гэбистами, но вот парадокс: Солженицына никто пальцем не тронул на следствии, не тронул ни Шаламов, ни Гинзбург.

Как он страдал в СИЗО и тюрьме: «Какая же уютная жизнь - шахматы, книги, пружинная кровать, добротные матрасы, чистое белье. Да я за всю войну не помню, чтоб так спал. Hатертый паркетный пол... Hет, таки эта центральная политическая тюрьма - чистый курорт... Я вспомнил сырую слякоть под Вормдитом, откуда меня арестовали и где наши сейчас месят грязь и мокрый снег, чтоб не выпустить немцев из котла» («Архипелаг ГУЛАГ», том I, гл. 5).

А вот о шараге: "Середину срока я провел на золотом острове, где арестантов поили, кормили, содержали в тепле и чистоте».
Ну как после этого верить в "Кошмар на улице Вязов",который описывает Солженицын в "Архипелаг Гулаг"?

Солженицын пишет про 60 миллионов репрессированных при Сталине. Факты: репрессированных около 3,5 миллионов, включая власовцев, шпионов, диверсантов, дезертиров и т.д. и т.п. Не забудьте про 5 тяжёлых лет войны. Вот так легко Солженицын "повесил" на Сталина около 56 млн. лишних человек. Сейчас также врут и про Ивана Грозного.

К коммунизму и сталинизму отношусь скептически. Но зачем Солженицын всюду брешет - понять не могу!? Зачем эти Познеры, Лунгины ,Солженицыны постоянно клевещут на нашу историю!? После книг Солженицына бывает очень трудно докопаться до правды.
http://kuraev.ru/smf/index.php?topic=345671.0

[Михалыч]

...А на момент смерти Сталина в лагерях находилось – 2,5 миллиона человек...

а сколько покинуло этот мир?

ИХМО - цифры так же взяты с потолка.. а КГБ (МГБ, ФСБ, милиция, полиция,...) уже давно почистила свои архивы к нашему времени..
да и кто пустит к исследованиям простых смертных?

Внутреннее противоречие заметно сразу – если все вымерли, то кто же тогда построил канал? ...

а разве новые партии зеков не поставлялись?

в Ленинграде осталось около 250 тысяч трудоспособных мужчин...

конечно, ведь из других городов, деревень, регионов - ни кто не приезжал, миграции не было!

Да, смертность в лагерях была большой, но не столько, как пишет об этом Солженицын

а какой? где цифры, факты?

Есть и мелкие недочеты в романе: «Брали дворян по сословному признаку. Брали дворянские семьи...

а как "брали"? отрицая одно, надо говорить другое... или же совсем не брали, или брали... но как? не думаю, что какой то ЧКист, приехавший по разнорядке, например с Ленинграда в другую область, стал бы разбираться, к какому сословию принадлежит арестованный... Контра? - к стенке!
разговор был короткий...

в народное ополчение уже к 6 июля 1941-го записалось 96 тыс. человек?

конечно, в ополчение записывались только жители города!

[Хрюн Моржов]

ИХМО - цифры так же взяты с потолка.. а КГБ (МГБ, ФСБ, милиция, полиция,...) уже давно почистила свои архивы к нашему времени..
да и кто пустит к исследованиям простых смертных?

Уважаемый коллега Михалыч, данный вопрос довольно интенсивно обсуждался в теме "Миф о массовых репрессиях!". Думаю, нет необходимости начинать новое обсуждение в другой теме.
Предлагаю последние три поста (в том числе и этот) перенести в ветку "Миф о массовых репрессиях!".

а как "брали"? отрицая одно, надо говорить другое... или же совсем не брали, или брали... но как? не думаю, что какой то ЧКист, приехавший по разнорядке, например с Ленинграда в другую область, стал бы разбираться, к какому сословию принадлежит арестованный... Контра? - к стенке!
разговор был короткий...

Если всех дворян ставили к стенке с такой лёгкостью, то как получилось, что сейчас в правительстве больше четверти состава потомки этих самых дворян, да не простых потомков, а потомков, занимавших довольно высокие посты в царской властной ерархии (тот же Рагозин например)?

конечно, в ополчение записывались только жители города!

В ополчение записывались жители города Ленинграда, признаные негодными к службе в РККА (по возрасту, по здоровью, из-за не снятой судимости, в том числе по пресловутой 58 статье).

[Михалыч]

...
В ополчение записывались жители города Ленинграда, признаные негодными к службе в РККА (по возрасту, по здоровью, из-за не снятой судимости, в том числе по пресловутой 58 статье).

ну как то не верю, что жители района и области не могли попасть в ополчение!

у нынешнего правительства родословные не проверял, не думаю, что они их кому то демонстрировали.

Ульянов-Ленин так же из дворян = ни кто не говорит, что ВСЕХ дворян к стенке ставили.

можно как угодно долго обсуждать эту тему, но пока не предъявлены факты, документы - это все голословное утверждение.
При чем Солженицын хотя бы на что то ссылается, говорит хоть какие то цифры, а его оппонент - только отрицает, и не приводит доказательств (как я понял)

[Петрович]

Есть нюанс. Произведения Солженицына не документальные, а художественные. Сейчас режиссеры так кино про войну снимают - как ее видят своим личным внутренним видением. Только они и больше никто. Так сказать, Гапоны 21 века...

[Михалыч]

ну как тут не вспомнить Розенбаума?


...
А может, не было войны?
И "шмайсер" - детская игрушка,
Дневник, залитый кровью ран,
Был не написан Анной Франк,
Берлин не слышал грома пушек?

А может, не было войны,
И мир её себе придумал?
...Но почему же старики
Так плачут в мае от тоски? -
Однажды ночью я подумал.

...А может, не было войны,
И людям всё это приснилось?


нюанс такой - Солженицын сидел в сталинских лагерях, общался с теми, кто там сидел, видел все своими глазами, испытал на собственной шкуре.
А разоблачают его уже сейчас, в наше время те, кто об этих лагерях знает только из книг...

[Петрович]

О мертвых плохо не говорят.. или молчат, если сказать нечего. Упокой, Господи, его душу.. аминь.

ну как тут не вспомнить Розенбаума?

...
Дневник, залитый кровью ран,
Был не написан Анной Франк,

Именно так. Есть все основания полагать, что дневник Анны Франк был написан намного позднее описываемых в нем событий.

[Петрович]

Мифы о войне
http://doc.rt.com/filmy/mifi-o-vojne/#part-1

[Петрович]

Очень близко к теме.

Из сборника "Экономические очерки Томской губернии" - описание по состоянию на 1924 год, без Новониколаевского, Каинского и Татарского уездов.

 1.jpg ( 433,51 килобайт ) Кол-во скачиваний: 16


Из отчета о деятельности губернского и районных судов. Обратите внимание на терминологию: Карательная политика нарсудов ...основным видом репрессии нарсуда является штраф (61% всех репрессий).... Средний размер наложенного штрафа: на рабочего - 9 руб., на крестьянина - 15 р. и на прочих - 29 рублей.

 3.jpg ( 315,29 килобайт ) Кол-во скачиваний: 14


Часть отчета губмилиции за 1924 год.

Результаты борьбы с тайным винокурением в цифрах
1) Количество произведенных милицией обысков - 8804
6) Отобрано самогоночных аппаратов - 23417
7) Отобрано самогонки (в ведрах) - 2460
8) Отобрано барды и др.вид.суррогатов (в ведрах) - 42677

Для справки - численность населения Томской губернии в 1924 году ок. 470 тыс. чел.

 4.jpg ( 116,7 килобайт ) Кол-во скачиваний: 6


ЗЫ. Естественно, нет никакой гарантии, что эта статистика правдивая. Особенно насчет отсутствия смертных приговоров. Кругом сплошная ложь, подлог, диффамация и пропаганда социализма.

[Петрович]

Почти в тему.

Как Тухачевский тамбовских крестьян газом травил.

Краткое содержание мифа.
Во время подавления антоновского восстания на Тамбовщине в 1921-м году Тухачевский широко применял боевые отравляющие вещества против мирных жителей, что повлекло за собой многочисленные жертвы. Данный миф должен демонстрировать изуверскую сущность советской власти и полное её пренебрежение человеческой жизнью.

Примеры использования
«Мы никогда не узнаем, сколько людей погибло от химических снарядов, выпущенных по острову на озере вблизи селения Кипец и во многих других местах. И сколько среди них было женщин и детей. Раз Тухачевский опасался, что во время обстрела мятежников химическими снарядами может пострадать скот, значит, повстанцы укрывались в лесах со своими коровами, овцами. За животными кто-то должен был ухаживать, следовательно, хотя бы часть «бандитов» укрывалась от карателей вместе с семьями, которые тоже стали жертвами «газовой зачистки» по Тухачевскому. По крайней мере в одном следует признать абсолютный приоритет «красного маршала» в мировой военной науке: он впервые в истории применил боевые отравляющие вещества против безоружного мирного населения»

«В начале двадцатых командарм Тухачевский травил газами тамбовских крестьян, недовольных «продразверсткой». Газеты писали о тысяче отравленных»

«…в этой беспощадной войне со своим народом впервые взошла звезда «выдающегося советского маршала» Тухачевского, который прославился тем, что тысячами крестьян газами травил. Даже фашисты в годы Великой Отечественной до этого не додумались. Не будет лишним напомнить и то, что одной из решающих причин Тамбовского восстания (помимо людоедской продразверстки) было установление Троцким (Лейбой Бронштейном) в городе Козлове памятника Иуде»

Действительность
Для начала надо сказать, что применение боевых отравляющих веществ во время Гражданской войны было делом совершенно обычным: ими неоднократно пользовались как белогвардейцы, так и британские оккупационные части на Севере. Примерно в это же время Уинстон Черчилль, занимавший пост министра колониальных дел, писал: «Я не понимаю эту щепетильность в связи с использованием газа. Я твердо выступаю за использование ядовитого газа против нецивилизованных племен»

Имелось химическое оружие и на вооружении армии царской России. Всего за 1916–17 год было снаряжено и сдано около 1.700.000 3-х дюймовых (93% от общего объема выпуска) и около 120.000 6-ти дюймовых боеприпасов (7%). Из этого количества РККА досталось в боеспособном состоянии примерно 3000 баллонов с хлором типа E70, 13360 штук 3-х дюймовых химснарядов (исключительно марки АЖО) и 5000 штук 6-ти дюймовых химснарядов (марки АЖО и ЮО)

Самым известным случаем применения боевых отравляющих веществ БОВ со стороны «красных» во время Гражданской войны является один из эпизодов подавления «антоновщины» в 1921-м году. При этом большинство авторов, пишущих о «травле крестьян газами», делают очевидную подмену понятий, представляя дело так, будто бы БОВ использовались против мирного населения, а не против вооружённых бандитов. Также надо добавить, что направленные в распоряжении Тамбовского командования 2.000 3-х дюймовых химических снарядов были марки АЖО, то есть снаряжены смесью на основе хлорпикрина («слезогонки», в настоящее время использующейся в армии РФ для имитации газовых атак).

В качестве документальной базы наиболее часто используются следующие документы, первоначально опубликованные в книге Б.В. Сенникова «Тамбовское восстание 1918-1921 гг. и раскрестьянивание России 1929-1933 гг.":

Начальнику артиллерии войск Тамбовской губернии
Тов. Косинову

РАПОРТ
20 августа 1921 года.
Дивизион Заволжских артиллерийских курсов при операции в районе озера Рамза израсходовал 130 шрапнельных, 69 фугасных и 79 химических снарядов.
Начальник отдела Заволжского дивизиона артиллерийских курсов Михайлов
Начальнику артиллерии группы войск Тамбовской губернии
23 августа 1921 года. с. Инжавино

ДОНЕСЕНИЕ

Августа 22 числа 1921 года артиллерийская бригада Заволжского В.О. в бою с бандитами израсходовала 160 шрапнельных, 75 фугасных и 85 химических снарядов.

Начальник артиллерийской бригады (подпись нрзб)
_______

Начальнику 6-го боеучастка тов. Павлову
23 августа 1921 г. с. Инжавино

ДОНЕСЕНИЕ

По получении мною боевого задания дивизион в 8.00 22 августа с.г. выступил из села Инжавино в село Карай-Салтыково, из которого, после большого привала и отдыха в 14.00 по направлению села Кипец. Заняв там позицию, в 16.00 открыл огонь по острову на озере в 1,5 версты северо-западнее села Кипец. Дивизионом выпущено по острову 65 шрапнельных снарядов, 49 фугасных и 50 химических. После выполнения своей задачи дивизион в 20.00 снялся с позиции и возвратился ночью в село Инжавино.

Командир Белгородских артиллерийских курсов Нечаев


Однако, подлинность приведенных документов вызывает серьезные сомнения. И дело даже не в том, что ознакомиться с подлинниками не представляется возможным, ибо Сенников ссылается на загадочный «архив автора», якобы найденный им под полом Зимней церкви Казанского монастыря в Тамбове, сколько в том, что сами тексты не выдерживают никакой критики: никакого «Начальника артиллерии» в войсках Тамбовской губернии не существовало. Деятельность артиллерии курировал Инспектор артиллерии войск Тамбовской губернии. Причем именно курировал, поскольку в оперативном отношении батареи подчинялись начальникам боеучастков или частей, к которым были приданы. Все командиры дивизионов и батарей не раз обращались с рапортами и донесениями к Инспарту и прекрасно знали кому они пишут, поэтому именовать Инспектора «Начальником артиллерии» никому из них просто не пришло бы в голову. Да и во всех других документах такое обращения ни разу не встречается. Не «Косинову», a Касинову.

Должность тамбовского Инспектора артиллерии занимал Сергей Михайлович Касинов. Об этом также были осведомлены командиры частей, тем более, что все они были с ним лично знакомы. Ни 20, ни 22 августа никакой «операции в районе озера Рамза» не проводилось, да и «боев с бандитами» с применением артиллерии в эти дни не было, посему никаких снарядов выпущено быть не могло. Никаких «Заволжских артиллерийских курсов» в природе не существовало. В составе 2-го боеучастка Тамбовских войск действовала стрелковая бригада Заволжского Военного Округа (ЗВО, командир Гаевский) со своим легким артиллерийским дивизионом, обычно в документах именовавшемся «легартдив ЗВО» (командир Смок Харитон Каятанович). Больше ничего «Заволжского» в губернии не было.

Кстати, учитывая то, что легартдив входил во 2-й боуечасток, странно выглядит его участие «в операции в районе озера Рамза», каковой район был зоной ответственности 6-го боеучастка, имевшего свою артиллерию. Термин «фугасных» в документах тех лет не встречается вообще ни разу. Ни в тамбовских, ни в документах фондов ГАУ, ЦУС, Штаба РККА, ни в других таковой термин не используется. Фугасные снаряды в то время именовались «гранатами» для 3-дюймовой артиллерии, и «бомбами» для орудий более крупных калибров. Поэтому ни одному командиру-артиллеристу, да и не только артиллеристу, и в голову не могло прийти написать «фугасных». Ну и совсем уж несуразно выглядит термин «отдел» применительно к артдивизиону, в котором существовали разведка, связь, канцелярия, но чтобы «отдел»…

Фамилии Михайлов среди личных дел комсостава легартдива ЗВО, да и во всей Тамбовской артиллерии, равно как и в управлении Инспарта нет. Разумеется, никакой «артиллерийской бригады» в Тамбовской губернии, да и Красной Армии вообще, в то время не было. Неясно также, почему Начальник мифической артиллерийской бригады пишет свое донесение из Инжавино, где располагался штаб 6-го боеучастка, a не из Рассказово (или со ст. Сампур), из штаба 2-го боеучастка, которому и принадлежала артиллерия ЗВО.

Все вышесказанное не позволяет признать приведенные тексты соответствующими действительности. Тем не менее, стрельба химснарядами по повстанцам всё же велась. Правда, в реальности это выглядело совсем не так эффектно, как описывается во многих работах. Известен всего один случай заранее запланированного применения газовых снарядов. Кроме того, выявлено два разрозненных эпизода артиллерийской стрельбы химическими боеприпасами. Этим исчерпывается история «Тамбовских газов».

Первый эпизод произошел в зоне 2-го боеучастка. После получения присланных химснарядов, командир легартдива ЗВО Смок своим очередным донесением о движении боеприпасов сообщал Инспарту Касинову, что «…за период 13-20 июля израсходовано 15 химических снарядов…». Ни поводов, ни результатов этой стрельбы в донесении не указано. Представляется наиболее вероятным, что эти боеприпасы были выпущены в бою у деревни Смольная Вершина в ночь с 12 на 13 июля, по крайней мере, других столкновений с применением артиллерии в период 13-20 июля выявить не удалось. Остается только гадать, что же заставило красноармейцев выпустить аж целых 15 газовых снарядов. Увы, ничем, кроме чистого любопытства и желания узнать насколько эффективны новые боеприпасы объяснить это невозможно. Вероятно, убедившись в невысокой действенности химснарядов, артиллеристы 2-го боеучастка больше нигде их не применяли, и указанные 15 снарядов исчерпали весь использованный газовый арсенал.

Несколько масштабнее выглядела артиллерийская стрельба в зоне 6-го боеучастка. 16 июля Начарт 6 Родов докладывал Инспарту Касинову о том, что «…14 июля 22 часа белгородская конная батарея обстреляла лес что южнее озера Ильмень. Выпущено 7 шрапнелей и 50 химических снарядов…»

К сожалению, целенаправленные поиски причин, целей и результатов этой стрельбы не принесли никаких результатов. Ни в оперативных приказах, ни в сводках боевых действий, ни в донесениях командиров частей об этом артобстреле не сказано ни слова. Единственным документом упоминающим данный обстрел остается процитированное выше донесение, поэтому можно утверждать почти наверняка, что никаких серьезных результатов указанный обстрел не принес, ибо даже не удостоился упоминаний в оперативных сводках как эпизод мало значимый. Единственной операцией, где газовый обстрел планировался заранее, была операция по очистке Паревского леса, проводившаяся в период с 1 по 10 августа 1921 г. силами частей 6-го боеучастка. Ранее, при проведении подобных операций, красные части не раз применяли метод обстрела занятых антоновцами лесов артиллерийским огнем, служившим некоторым подобием артиллерийской подготовки. Поскольку расположение повстанцев редко когда было известно в точности, огонь этот вёлся «по площадям», в расчете, главным образом, не на материальное, a на моральное воздействие. И эта цель успешно достигалась.

Например, описывая операцию по очистке Богдановского леса, в которой впервые был использован этот метод, Мокеров пишет: «…этот огонь, не нанеся больших потерь рассеянным в лесах бандам, произвел на них потрясающее моральное впечатление. Многие бандиты в одиночку и мелкими группами в результате артиллерийского воздействия стали выходить на опушки лесов и сдаваться…»

2 августа Начарт 6 Родов докладывал Инспарту Касинову «В 16 часов, по острову, что с/з села Кипец был открыт огонь. Выпущено 65 шрапнелей, 49 гранат и 59 химических. В 20 часов батарея вернулась в Карай-Салтыково…»

Оперсводка № 519 сообщала: «…2/8 взводом Белгородской батареи был произведен обстрел леса, что 4 версты западнее Козьмодемянское-Рамза, 8 верст с/в ст. Инжавино после чего отрядом в составе: роты краскомов, роты Рязанского батальона, роты Костромского батальона и роты Владимирского батальона было приступлено к осмотру леса…»

Как и ранее, вновь был использован испытанный и хорошо себя показавший метод предварительной «артиллерийской подготовки» перед прочесыванием зарослей, однако на сей раз уже с применением химснарядов, которые, как ожидалось, должны были бы «дать действительно большие результаты». Увы, надежды не оправдались. 2 августа курсантские роты, выделенные для прочесывания, продвинулись с исходной линии Кипец – северная окраина Паревки до линии Кипец – северная окраина озера Змеиное, успев осмотреть лесистый остров «Сухие Дубки», по которому и велся огонь. «…На Сухих Дубках курской ротой были найдены привязанными к деревьям три лошади с седлами; на последних имелись надписи А. Антонова, Д. Антонова и Вострикова. Серая лошадь, по всем приметам, принадлежала Антонову. В камышах в наши руки попало за день несколько бандитов, которые подтвердили, что в районе Змеиного озера находится главная группа бандитов, человек в 100, среди них и сам Антонов. Другая группа, человек в 80, отделилась и ушла на юг. Среди главной группы заметно течение к добровольной сдаче, но Антонов предупредил, что будет собственноручно расстреливать всякого, кто будет пытаться переходить…» То ли антоновцы успели выйти из-под обстрела, то ли их вообще не было на «Сухих Дубках», но ни о каких понесенных ими потерях ни оперсводки, ни Доможиров не сообщают. Единственными трофеями были «три лошади», кстати, благополучно пережившие газовый обстрел. Что, впрочем, не удивительно, ибо «59 химических снарядов» было явно недостаточно, чтобы создать газовое облако необходимой концентрации. Таким образом, использование газовых снарядов против повстанцев имело скорее моральный эффект, чем приносило им какой-либо материальный урон. И, разумеется, никаких «тысяч погибших от газа», в том числе женщин и детей, в реальности не существовало.

Источник: Бобков А.С. Тамбовские газы - дело было так

Больше информации на http://voprosik.net/tuxachevskij-ne-travil-krestyan-gazom/ © ВОПРОСИК

[Михалыч]

да, свидетельских показаний в 2015 ни кто не может дать

[Леонид]

Передача по радио "Говорит Москва" с историком Еленой Съяновой. О репрессиях, Катыни...
http://govoritmoskva.ru/broadcasts/20/

(Про Е. Съянову. https://ru.wikipedia.org/wiki/%D1%FA%FF%ED%...C5%EB%E5%ED%E0. )Меня приятно удивило "Владеет английским, испанским, французским, немецким, итальянским, латинским".

Раньше она выступала на "Эхе Москвы" в программе "Цена победы", но последнее время, вероятно, "не сошлись характерами".

Сообщение отредактировал Леонид - 3.2.2015, 14:56

[Михалыч]

https://news.mail.ru/politics/21117023/?social=ok

Верховный суд отказался рассекречивать материалы НКВД
В среду Верховный суд (ВС) признал законным отказ ФСБ в снятии грифа «секретно» с датированного 1937 годом письма главы НКВД Николая Ежова. Оно касалось так называемого дела харбинцев, в рамках которого были репрессированы тысячи русских эмигрантов из Китая. Истец, историк Сергей Прудовский, считает это решение незаконным и противоречащим закону «О гостайне», а также указу президента Бориса Ельцина от 1992 года, который обязывал ФСБ рассекречивать все материалы, касающиеся массовых репрессий в советские годы.


© «Коммерсантъ-Online»
«Делом харбинцев» историк Сергей Прудовский заинтересовался давно. Его дед в 1930-е годы прошлого века служил на Китайско-Восточной железной дороге (КВЖД) и сам был репрессирован. «Ему удалось выжить, и он много чего рассказывал впоследствии. Я стал собирать всю информацию об этом деле, работать с бумагами, пока не столкнулся с главной проблемой», — рассказал господин Прудовский «Ъ».

В 2013 году он попросил ФСБ дать ему ознакомиться с оперативным приказом главы НКВД Николая Ежова № 00593, который и послужил поводом для массовых репрессий среди экс-сотрудников КВЖД. Однако в ведомстве сообщили, что документ имеет гриф «секретно», поэтому разглашать его сотрудники не имеют права. «И тогда я обратился в Мосгорсуд, но и там мне отказали. В итоге дошел до Верховного суда», — сказал господин Прудовский.

По его словам, заседание было коротким: представители ФСБ в своем выступлении сослались на решение рабочей группы по государственной тайне, согласно которому документ за подписью Николая Ежова по-прежнему содержит чувствительную для России информацию, а судьи с этими доводами согласились.

По словам господина Прудовского, главная нестыковка этого решения заключается в том, что письмо главы НКВД было рассекречено еще в 2011 году властями Украины и находится в открытом доступе. «Но рассекретить его в России я считаю делом принципа», — сказал он.

В оперативном приказе говорилось, что органами НКВД взяты на учет 25 тыс. бывших сотрудников КВЖД, которые уехали жить в Харбин, а затем вернулись в СССР. Как сообщалось в документе, преимущественно это были «бывшие белые офицеры, полицейские, жандармы, участники различных эмигрантских шпионо-фашистских организаций и т. п.».

Все они якобы являлись агентурой японской разведки. В этом же приказе оговаривалось, кто из поставленных на учет подлежит аресту и ликвидации. Когда начались массовые аресты, «изобличенные в диверсионно-шпионской террористической деятельности» были расстреляны, а остальные получили сроки от восьми до десяти лет. Сообщается, что в общей сложности репрессиям подверглось более 30 тыс. человек, из которых около 20 тыс. были расстреляны.

«Если изучать оперативный приказ более детально, то можно понять, что из важной информации там только данные о японской разведке и о характере ее работы. Что касается работы НКВД, то о ней там ни слова», — говорит господин Прудовский. По его мнению, среди прочего, решение Верховного суда противоречит не только закону «О гостайне», но и указу президента Бориса Ельцина от 1992 года, в котором тот требовал рассекретить все материалы, касающиеся «репрессий и нарушения прав человека» органами НКВД и КГБ. По словам историка, в ближайшее время он намерен обжаловать решение Верховного суда.

Григорий Туманов

[Петрович]

По законам военного времени.

Приказ с объявлением Указа Президиума Верховного Совета СССР «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников Родины из числа советских граждан и для их пособников» № 0283 от 19 апреля 1943 года

1. Ниже объявляется Указ Президиума Верховного Совета СССР о мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников Родины из числа советских граждан и для их пособников.

2. Военным советам фронтов и армий обязать командиров дивизий не позднее 10 мая 1943 г. организовать для этой цели военно-полевые суды в соответствии с требованиями объявляемого Указа. Об исполнении донести.

Народный комиссар обороны Маршал Советского Союза И. Сталин

Без опубликования в печати

Указ Президиума Верховного Совета СССР
о мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников Родины из числа советских граждан и для их пособников

В освобожденных Красной Армией от немецко-фашистских захватчиков городах и селах обнаружено множество фактов неслыханных зверств и чудовищных насилий, учиненных немецкими, итальянскими, румынскими, венгерскими, финскими фашистскими извергами, гитлеровскими агентами, а также шпионами и изменниками Родины из числа советских граждан над мирным советским населением и пленными красноармейцами. Многие десятки тысяч ни в чем неповинных женщин, детей и стариков, а также пленных красноармейцев зверски замучены, повешены, расстреляны, заживо сожжены по приказам командиров воинских частей и частей жандармского корпуса гитлеровской армии, начальников гестапо, бургомистров и военных комендантов городов и сел, начальников лагерей для военнопленных и других представителей фашистских властей.

Между тем, ко всем этим преступникам, виновным в совершении кровавых расправ над мирным советским населением и пленными красноармейцами, и к их пособникам из местного населения применяется в настоящее время мера возмездия, явно не соответствующая содеянным ими злодеяниям.

Имея в виду, что расправы и насилия над беззащитными советскими гражданами и пленными красноармейцами и измена Родине являются самыми позорными и тяжкими преступлениями, самыми гнусными злодеяниями, Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

1. Установить, что немецкие, итальянские, румынские, венгерские, финские фашистские злодеи, уличенные в совершении убийств и истязаний гражданского населения и пленных красноармейцев, а также шпионы и изменники Родины из числа советских граждан караются смертной казнью через повешение.

2. Пособники из местного населения, уличенные в оказании содействия злодеям в совершении расправ и насилий над гражданским населением и пленными красноармейцами, караются ссылкой в каторжные работы на срок от 15 до 20 лет.

3. Рассмотрение дел о фашистских злодеях, виновных в расправах и насилиях над мирным советским населением и пленными красноармейцами, а также о шпионах, изменниках Родины из числа советских граждан и об их пособниках из местного населения возложить на военно-полевые суды, образуемые при дивизиях действующей армии в составе: председателя военного трибунала дивизии (председатель суда), начальника особого отдела дивизии и заместителя командира дивизии по политической части (члены суда), с участием прокурора дивизии.

4. Приговоры военно-полевых судов при дивизиях утверждать командиру дивизии и приводить в исполнение немедленно.

5. Приведение в исполнение приговоров военно-полевых судов при дивизиях — повешение осужденных к смертной казни — производить публично, при народе, а тела повешенных оставлять на виселице в течение нескольких дней, чтобы все знали, как караются и какое возмездие постигнет всякого, кто совершает насилие и расправу над гражданским населением и кто предает свою Родину.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. Калинин
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. Горкин

Москва, Кремль. 19 апреля 1943 г.

Ф. 4, оп. 11, д. 75, л. 568-570. Подлинник

[Петрович]

14 июля 1943 года в Краснодаре начался первый открытый судебный процесс по делу о зверствах немецко-фашистских захватчиков и их пособников на кубанской земле в период оккупации

14—17 июля 1943 года в помещении краснодарского кинотеатра «Великан» перед Военным трибуналом Северо-Кавказского фронта предстали кубанцы Кладов, Котомцев, Ластовина, Мисан, Напцок, Павлов, Парамонов, Пушкарев, Речкалов, Тищенко и Тучков. В вину им вменялись преступления, предусмотренные статьями 58-1 «а» и 58-1 «б» Уголовного кодекса РСФСР (измена Родине).

На процессе выступили 22 свидетеля обвинения. В ходе судебного разбирательства было установлено деятельное участие обвиняемых в пытках, издевательствах, массовых расстрелах и истреблении путем удушения газами мирных советских граждан.

Судебный процесс проводился под председательством полковника юстиции Майорова, при участии государственного обвинителя генерал-майора юстиции Яченина. По назначению от суда обвиняемых защищали три адвоката. В качестве представителей общественности присутствовали писатель Алексей Толстой, корреспондент Елена Кононенко, журналист Мартын Мержанов, а также представители советской и иностранной прессы.

На суде прозвучало заключение судебно-медицинской экспертной комиссии, членами которой являлись главный судебно-медицинский эксперт Наркомата здравоохранения СССР, директор государственного научно-исследовательского института судебной медицины Наркомздрава СССР доктор Прозоровский; главный судебно-медицинский эксперт Наркомздрава РСФСР, заведующий кафедрой судебной медицины второго Московского медицинского института доцент Смольянинов; консультант Московской городской судебно-медицинской экспертизы доктор Семеновский и судебный химик Соколов.

Военный трибунал приговорил к смертной казни через повешение Тищенко, Речкалова, Ластовина, Пушкарева, Мисана, Напцока, Котомцева и Кладова. Обвиняемые Тучков, Павлов и Парамонов как менее активные пособники получили наказание в виде ссылки на каторжные работы на срок 20 лет для каждого.

Приговор был приведен в исполнение 18 июля в 13 часов на городской площади Краснодара. Свидетелями казни стали более 30 тысяч жителей города и близлежащих станиц. На каждом из приговоренных висела табличка «Казнен за измену Родине».

Краснодарский судебный процесс получил большой резонанс в местной и центральной печати. Все журналисты отмечали его открытый характер. Например, как заявил 21 июля 1943 года в эфире Лондонского радио политический обозреватель Верт, публичная казнь в Краснодаре имела глубокое психологическое значение. «Она явилась как бы сигналом приближающегося дня расплаты, суровым напоминанием тем русским в оккупированных районах, которые еще сотрудничают с гестапо. Казнь предателей явилась предвестником того, что ожидает их германских хозяев», — заявил Верт.

Важность процесса заключалась и в том, что на нем были установлены и озвучены фамилии лиц, еще не привлеченных к ответственности за преступления. Конкретность в именах, в фактах была тогда чем-то неожиданным. Фашизм обычно связывали с именами главарей: Гитлера, Геринга, Геббельса, Гиммлера. Теперь указывались непосредственные исполнители и участники: командующий 17-й немецкой армией генерал-полковник Руофф, шеф краснодарского гестапо полковник Кристман, его заместитель капитан Раббе, офицеры Пашен, Винц, Ган, Сальге, Сарго, Босс, Мюнстер, Мейер Эрих, тюремные врачи гестапо Герц и Шустер, переводчики Эйкс Якоб и Шертерлан.

Газета «Правда» в публикации от 20 июля 1943 года писала: «Немцы-изверги удрали, но на скамье подсудимых в этом процессе была вся кровавая гитлеровская система».

Бригада Союзкинохроники, состоящая из операторов киногруппы Северо-Кавказского фронта, сняла специальный выпуск об этом судебном процессе. Документальный фильм «Приговор народа» вышел на экраны кинотеатров Краснодара уже 31 августа 1943 года.

После того как 18 июля 1943 года по приговору в Краснодаре были публично повешены восемь пособников гитлеровских военных преступников, в адрес трибунала Северо-Кавказского фронта поступило огромное количество писем как от отдельных граждан, так и от целых коллективов трудящихся, выражавших чувство глубокого удовлетворения справедливым решением суда. В письмах военнослужащие высказывались не только о солидарности с приговором, но и заверяли в том, что они отдадут все силы на разгром врага.

По итогам открытого судебного процесса трибунал Северо-Кавказского фронта вышел с представлением в Военный совет относительно публикации приговоров о казнях военных преступников, чтобы советские люди знали: их страдания не останутся без отмщения, а виновные в зверствах испытают на себе самую суровую меру наказания.

Военный совет вынес соответствующее постановление с утвержденным образцом текста объявления «о приговорах Военного трибунала Северо-Кавказского фронта на лиц, осужденных к высшей мере наказания как предатели и изменники Родины». Объявления расклеивались на видных местах для всеобщего обозрения в тех населенных пунктах, в которых совершались военные преступления. Позже, учитывая одобрительные отзывы населения Краснодарского края, поступавшие с мест, трибуналом фронта было принято решение и впредь публиковать приговоры в отношении виновников злодеяний.

Всего за период с 12 февраля по 1 августа 1943 года в Краснодарском крае за пособничество фашистам было осуждено 6680 человек. Из них к высшей мере наказания приговорены 972.

После краснодарских событий, до конца 1943 года публичные процессы и казни военных преступников при большом стечении местных жителей были проведены в станицах Гостагаевской (21 октября), Марьянской (31 октября и 25 ноября) и в нескольких других населенных пунктах края.

[Петрович]

Человек, хоть сколько-нибудь известный с историей отечества нашего, должен быть в курсе, насколько болезненным для отношений СССР и Польши стало обнаружение массового захоронения расстрелянных польских военнопленных в Катыни. Погребение исследовали две комиссии - обе международные, но, разумеется, одна была пронемецкая, а затем пришел черед просоветской. Соответственно, и выводы окались диаметрально противоположны. Причем поляки со страстностью своей натуры, полностью проявленной в контексте создания и собственно текста песни: "Мы ждем тебя, красная зараза", в большинстве своем восприняли идею о том, что бедолаг убили русские. За что потом пришлось отдуваться уже и постсоветской России.

И вот сейчас на территории Баварии обнаружено нечто, что в потенциале вполне может оказаться "итальянской Катынью", только на сей раз сомнений в авторстве не будет - немцы. И что? А ничего. Тишина. Ни раскопок. Ни комиссий. Ни возмущения. Ни памятника аж в Нью-Йорке.

А почему? Да потому, что двойные стандарты. Фирменный знак Запада. Клеймо. Печать. Бренд. Да что там, интеллектуальная собственность! Но все же пора переходить к тексту, не вызвавшему, как минимум, обострения итало-германских отношений.


Загадочная находка нацистских времен в имении Грасслфинг



Любитель-поисковик нашел под луговой дерниной имения в Верхней Баварии тысячи предметов - знаков униформы, пряжек ремней и личных предметов членов итальянских элитных частей. Что же случилось с самими солдатами?

http://www.spiegel.de/panorama/2-weltkrieg...-a-1014140.html

Когда немецко-итальянская историческая комиссия в 2012 году представила объемный отчет о военных преступлениях вермахта и СС, это стало важным вкладом в раскрытие зверств, творимых в Третьем рейхе. Однако исследователи наткнулись и на людские судьбы, так и оставшиеся загадкой.

В исследовании среди прочего идет речь о 600 тысячах итальянских солдат, помещенных нацистами в сентябре 1943 года в нацистские концлагеря и лагеря военнопленнных. Около 40 тысяч из них умерли, работая в военной промышленности. "О 5000 военнопленных нет никаких следов", - говорится в заключении специалистов. И вот это наконец-то может измениться.

Под дерном луга вокруг имения Грасслфинг к северу от Мюнхена любитель-поисковик Томас Скрох обнаружил около 4000 металлических предметов, относящихся к снаряжению итальянских элитных солдат. Скрох назвал эту находку сенсацией. Также и Институт истории в Мюнхене рассматривает открытие как "вполне захватывающее".

Томас Шлеммер, специалист по современной истории из Мюнхенского института истории, придерживается мнения, что необходимы раскопки и дальнейшие исследования. "Общественность должна быть заинтересована в этом чтобы, по меньшей мере, исключить версию о массовом захоронении", - говорит он.

http://svonb.livejournal.com/819646.html

[Петрович]

Олесь Бузина. Концлагерь для «неправильных» галичан
2006-09-14 10:18:00
90 лет назад австрийские власти уничтожили большую часть западных украинцев-русофилов

Первые ассоциации, возникающие сейчас при слове «Галичина», — это дивизия СС, Степан Бандера и анекдот про вуйка и смереку. Но ведь так было не всегда! Галичина — это еще и порвавший папскую буллу князь Роман, Львовское братство, для которого издавал букварь первопечатник Иван Федоров, и полемист Иван Вышенский — Ярослав Галан XVII в., громивший в своих эпистолах пороки Римской курии.

Мало кто помнит, что изначально Львов не только не был вотчиной греко-католицизма, но, наоборот, выступал последним рубежом обороны Восточной церкви. «После Брестского собора 1596 года, — писал Иван Франко, — только две южнорусские епархии, — Львовская и Перемышльская, остались в православии. Только со времени реорганизации православной митрополии в Киеве православие начало подниматься и в других епархиях, начало отнимать у унии захваченные ею церкви... Но римская иерархия зорко следила за каждым шагом, который делало православие, стараясь парализовать успехи его. С разных сторон, систематически и неусыпно, велись подкопы под православие; воспитание юношества, фанатизирующие толпу иезуитские проповеди, печатные и рукописные памфлеты и пасквили и в конце концов протекция могущественных панов, распоряжения правительства, все пускалось в дело, все должно было служить одной цели».

Когда в 1891 г. Великий Каменяр на чистейшем русском языке писал эти строки в статье «Иосиф Шумлянский — последний православный епископ Львовский», в этой циничной политике все оставалось по-старому. Разве что владычество Польши сменила австрийская оккупация. Но методы сохранились. Более того! Приобрели изощренность и современный техницизм. Описывая для журнала «Киевская старина» перипетии национально-религиозной борьбы XVII в., Иван Яковлевич даже не подозревал, что еще при жизни станет свидетелем самого жестокого акта этой драмы, — систематического уничтожения австрийцами в 1914—1917 гг. «москвофилов» — тех галичан, которые проявляли симпатии к России.

Названия концентрационных лагерей Талергоф и Терезин, где была проведена эта акция, должны были бы стать для украинского массового сознания такими же знаковыми, как Майданек — для евреев. Но в современной Украине вы не встретите их нигде. Ни в энциклопедиях, ни в учебниках. Они не вписываются в распропагандированный нашей беспринципной властью миф о «цивилизованной Европе». «Разве Запад может быть другим?» — считает она. А вот, поди ж ты, еще как может!

Накануне Первой мировой войны Австрия, с конца XVIII в. «просвещавшая» земли нынешней Западной Украины, довела тут принцип «разделяй и властвуй» до совершенства. Поляков науськивали на украинцев. Украинцев — на поляков. Венгров — на тех и других. Кроме того, считалось весьма разумным, с точки зрения высших государственных интересов империи Габсбургов, еще и разжигать рознь между различными течениями внутри украинства. Одной рукой выдавались государственные субсидии на развитие научного общества им. Шевченко во главе с профессором Грушевским — за то, что труды его носили яркую антирусскую направленность. Другой ставился на полицейский учет всякий, кто проявлял хоть малейшие пророссийские симпатии.

Задолго до мировой войны австрийская жандармерия вела подробные списки «неблагонадежных в политическом отношении». Делалось это в стиле того неподражаемого бюрократического идиотизма, который блестяще описан в «Бравом солдате Швейке». В специальные таблицы наряду с именами подозреваемых, их семейным положением и родом занятий в графу 8 заносились «более подробные сведения» о неблагонадежности или подозрительности». Такими «преступлениями» были: «ездит в Россию», «агитатор кандидатуры Маркова (лидера москвофильской партии. — О. Б.) в парламент» или просто «русофил».

В следующей графе рекомендовалось, как поступить с данным лицом, если Австрия начнет даже не войну, а просто мобилизацию. Например: «Пристально следить, в случае чего — арестовать». Или: «Выслать в глубь страны». Легко заметить, что карать намеревались даже не за поступки, а за взгляды и симпатии — вещи, трудно поддающиеся однозначному толкованию.

Арест считался самым надежным средством. Стоило 1 августа 1914 г. разразиться Мировой войне, как в одном Львове сразу было заключено около 2000 украинцев-москвофилов. Арестантов оказалось так много, что ими битком набили сразу три тюрьмы! Городскую. Местного уголовного суда. И так называемый «полицейский арестный дом». Озабоченный «перенаселением» президиум императорско-королевской дирекции полиции во Львове даже ходатайствовал перед наместником Галиции поскорее вывезти «опасный элемент» внутрь страны «ввиду недостатка места» и «возмущения тех заключенных, которые уже теперь высказывают громкие угрозы, что они, мол, посчитаются».

Согласно ближайшей к описываемым событиям переписи 1900 г. во Львове насчитывалось 84 тыс. поляков, 45 тыс. евреев и только около 34 тыс. украинцев. Последние были самой малочисленной этнической общиной города, если не считать немцев. А теперь представьте шок, когда одним махом арестовывают шесть процентов украинцев города! Какими бы ужасами ни запугивали себя гении австрийской контрразведки, но не могла такая уйма народу оказаться русскими шпионами! Во-первых, в петербургском генеральном штабе просто не хватило бы денег для их подкупа. Во-вторых, столько секретных агентов и не нужно! Достаточно было завербовать несколько железнодорожников на станции, чтобы отслеживать маршруты движения воинских эшелонов, и двух-трех офицеров львовского гарнизона — желательно с безупречной немецкой родословной.

Тогда что это было? Геноцид?

Да! Геноцид! Другого определения не подберешь. И это доказывает еще одна перепись, уже польская, 1931 года. Согласно ее данным с начала века количество поляков во Львове выросло более чем вдвое — до 198 тыс. Евреев — на 66% (45 тыс.). И только украинцев после всех «демографических» взрывов осталось почти столько же, сколько было в 1900 г., — 35 тыс. 173 чел. Последствия австрийской зачистки налицо!

Сегодня один из западноукраинских писателей, Юрий Андрухович, проживающий в Берлине, любит порассуждать о доброй «бабці Австрії», якобы обожавшей своих украинских «внучат». Ну и бабуся! Просто кровавая маньячка какая-то!

А как она действовала, рассказывают скупые архивные свидетельства. Комендант города Львова в 1915 г. генерал-майор Римль в рапорте главнокомандующему указал: «Проявляющиеся часто взгляды на партии и лица («умеренный русофил») принадлежат к области сказок; мое мнение подсказывает мне, что все «русофилы» являются радикальными и что следует их беспощадно уничтожать».

Проблема заключалась только в том, что русофила очень трудно было отличить от самого обычного аполитичного украинца. Особенно рядовому австрийскому военнослужащему.

Армия Австрии состояла из немецких, венгерских, чешских, польских, хорватских частей. Ее солдаты плохо понимали друг друга и окружающее население. Наверное, Франц Кафка с его «Процессом» и «Замком» мог родиться только в такой стране. Но в 1914 г. кафкианской была не литература, а сам жизнь.

В местечке Новые Стрелиски солдаты закололи Григория Вовка, стоявшего в своем саду и смотревшего на проходившие австрийские войска. Труп убитого палачи внесли в хату, которую тут же сожгли. В селе Бортники жандармы арестовали и увели четырех десятилетних мальчиков за то, что они смотрели на проезжавший поезд, — наверное, любопытные мальцы тоже показались «русскими шпионами».

Священник Григорий Качала вспоминал, как его допрашивали во львовской тюрьме: следователь «бросался на меня с кулаками, угрожая смертью и стараясь страхом заставить меня признаться, что я занимался пропагандой православия; но, получив от меня в десятый раз ответ, что я никакой пропагандой вообще не занимался, а только однажды прочел в церкви послание митрополита Шептицкого о православии без всяких комментариев, — он распорядился отвести меня обратно в камеру».

Еще одного подозреваемого, 74-летнего старика Михаила Зверка, взяли под стражу по доносу односельчанина за то, что он читал газету «Русское слово». «Из Львова в Талергоф, — рассказывал он, — ехали мы с понедельника до пятницы. В вагонах, рассчитанных на шесть лошадей или же сорок человек, находилось по 80 и более людей. Невозможная жара и страшно спертый воздух в вагонах без окон, казалось, убьет нас, пока доедем к месту назначения, в Талергофский ад.

Физические мучения, которым нас подвергали австрийские власти в начале нашего ареста, были злонамеренны. Чтобы усилить их, нам никоим образом не разрешалось слазить с вагона, дверь была наглухо заперта, даже естественные надобности приходилось удовлетворять в вагоне».

Конечным пунктом следования для большинства заключенных был концентрационный лагерь в австрийском городке Талергоф. Перед войной эта местность, окруженная со всех сторон Альпами, была никому не известна. Но с осени 1914-го она приобрела мрачную славу. Первый эшелон с арестантами прибыл сюда 4 сентября. Их размещали в бараках, где не было ничего, кроме нар. Места не хватало. Сразу после прибытия гнали в баню. Во дворе приказывали раздеться, одежду отдавали на дезинфекцию. После купания ее выдачи ждали на морозе часами.

Впрочем, от дезинфекции не было никакой пользы. Она казалась изощренным издевательством. Солому на нарах меняли очень редко — вся она кишела насекомыми. Конвоиры состояли в основном из уроженцев Боснии. Назначая на работы, лагерная администрация заставляла руками собирать лошадиный навоз. Этой повинности не мог избежать ни крестьянин, ни интеллигент, ни священник. Курить и читать строго запрещалось.

В декабре среди заключенных вспыхнула эпидемия сыпного тифа. Ее причиной было то, что в один из самых холодных дней охрана решила вымыть в бане пятьсот человек. Половина их сразу же простудилась. Но несмотря на болезнь, народ продолжали гнать на работы. К вечеру все возвращались мокрые и усталые, а под утро многие не могли встать. Каждый день уносил тридцать-сорок жертв. Эпидемия свирепствовала до марта 1915 г. К этому времени из 7 тыс. заключенных умерло 1350 чел.

Талергофский рацион состоял из пятой части армейской хлебной порции на весь день. Утром получали отвар из фасоли, в полдень — такую же похлебку из свеклы. Иногда — соленую тыкву и кусок селедки. Посуду не выдавали. Каждый обходился как мог. Делал углубление в куске хлеба и наливал туда жидкость или, отбив у бутылки горлышко, использовал ее вместо котелка. Большинство оставалось вообще без обеда. Узники теряли физические силы, болели цингой. Многие, спасаясь от голодной смерти, попрошайничали — во время раздачи обеда перед бараками интеллигенции собирались крестьяне с просьбой уступить порцию, так как семьи более обеспеченных арестантов высылали своим родственникам посылки. Но по дороге из Галичины в Талергоф съестные припасы от долгой транспортировки часто портились, а то и вовсе пропадали. Тот, кто мог работать, имел какой-то шанс выжить. Но заболевшие были обречены на верную смерть.

Кроме общей тюрьмы, существовали еще и одиночные камеры. Галичанин, имевший несчастье назвать себя русским или сказать, что русский — его родной язык, попадал именно сюда. Боснийцы-конвоиры первым делом избивали его. А одному доктору постовой просто проколол штыком ногу в двух местах. В одиночке заключенному было запрещено даже смотреть через окошко — охранники тут же начинали колоть его штыком в лицо. Есть тут давали так мало, что выжить можно было только чудом.

Развлекаясь, лагерная администрация придумала еще одно истязание — подвешивание. Во дворе установили столбы. К ним на веревках, пропущенных под руками, цепляли жертв. Каждый висел приблизительно по два часа. «И так сорок восемь человек поочередно висели на этих столбах свыше двух суток», — вспоминал инженер Чиж. Эту пытку прекратили только после многочисленных просьб родственников арестантов.

Железнодорожный служащий из Станиславова (нынешний Ивано-Франковск) Илья Гошовский попал в концентрационный лагерь вместе с женой и двумя дочерьми. Он вспоминал свои первые дни тут: «Солдаты всячески изводили женщин. Они умышленно сопровождали их в отхожие места и, окружив со всех сторон, позволяли себе не поддающиеся печатанию выходки, доводившие женщин до слез и истерики. Некому было пожаловаться, ибо начальник стражи, капитан-немец, был хуже своих подчиненных. В тот же день солдаты закололи троих крестьян, не знавших немецкого языка, за неисполнение приказаний, и тут же их зарыли в общую яму».

И все это происходило с людьми, которым даже не предъявили обвинение! Их только подозревали неизвестно в чем.

Страшная все-таки вещь — потеря исторической памяти! Если вы спросите нынешнего галичанина о сталинских репрессиях, он радостно закивает головой, но ничего не вспомнит о Талергофе. Так, словно его и ни было. Между тем, листая списки жертв австрийского террора 1914—1917 гг., я встречал имена земляков и как минимум однофамильцев некоторых известных ныне выходцев из Галичины.

Читает на «5-м канале» новости телеведущий Евгений Глебовицкий, приехавший в Киев из Львова. А в Талергофе было полно Глебовицких. И Григорий — судья. И Николай — депутат австрийского парламента. И Павел — священник.

Редактирует интернет-издание «Украинская правда» Алена Притула. А в списке «политически неблагонадежных», составленном австрийской жандармерией Жолквы, значится Кирило Притула — отец четырех детей, «радикальный русофил и агитатор», ездивший в Россию. И еще один Притула — почтальон, повешенный австрийцами в селе Залучье Снятынского уезда.

Замечательные книжки пишет львовский писатель Юрий Винничук. И среди репрессированных в 1914 г. находим имя издателя и прапорщика запаса Винничука, обвиненного в «государственной измене по отношению к Австро-Венгрии и русофильстве». Сначала он был заключен во Львове, а потом два года кочевал по тюрьмам Мукачева, Колошвара и Будапешта, пока в мае 1916 г. его не освободили после прекращения следствия. Между прочим, поводом для ареста послужил донос некоего «Комитета украинских офицеров» во главе с паном Мыгайлюком — преподавателем гимназии в Черновцах.

А Зваричей сколько! И гимназист Евстафий из Сулимова, сидевший в Талергофе. И Кирилл — попавший туда же по абсурдному обвинению в «стремлении отравить воду для расквартированных в Журавне мадьярских частей». И крестьянин Матвей из Дубравки, предположивший, что «русские войска могут дойти и до Жидачевского уезда». После доноса односельчанина аналитик сразу очутился в тюрьме за точный прогноз.

Милая Австрия с вальсами и опереттами, как же ты любила своих украинских подданных! Интересно, родственники и однофамильцы жертв помнят об этой «любви»? А если помнят, почему молчат?

Читать всю книгу

ЗЫ. Талергофский лагерь для интернированных гражданских лиц просуществовал под Грацем в Австрии с 4 сентября 1914 г. по 7 мая 1917 г.
За это время через Талергоф прошли более 60.000 человек, более 8.000 из них умерли.

[Петрович]

Невинные жертвы сталинских репрессий



Юрий Мухин, несмотря на все ломание копий вокруг его персоны, как обычно не устает радовать ценными историческими материалами, а именно фотографиями расстрельного списка от 23 февраля 1940 года, где можно оценить применительно к каждому "врагу народа" совершенное им преступление и итоговый приговор. На списках стоят подписи ответственных лиц.
В списках не только обычные категории врагов народа, но и сотрудники органов, причастные к фабрикации липовых дел.

Мне сказали, что этот вид документов никогда не выкладывался в Сети в связи с тем, что в архиве к ним был очень быстро запрещен свободный доступ. А документ интересный, и из него можно почерпнуть кое-что любопытное.
К примеру, можно понять, кого именно репрессировали после того, как Берия возглавил НКВД. Скажем, посмотрите, кто именно и за что открывает список приговоренных к расстрелу. Это последствия чистки Берией ежовского аппарата НКВД. Да и остальные «жертвы» сталинских репрессий особого сочувствия не вызывают (если после стертых мною фамилий нет имен, то это китайцы или корейцы). Интересно также, что сотрудники НКВД, не смотря на потери личного состава, делали все, чтобы даже чеченские бандиты попали в суд – сотрудники НКВД не поступали как сегодня, когда силовики убивают каких попало кавказцев, а потом называют этих убитых ответственными за преступления.
Но главное, на мой взгляд, не это. Ведь из этого документа становится понятно, что в СССР ни один человек, даже самый простой и не именитый, не был убит государственными служащими без разрешения самого высшего, реального органа власти – Политбюро. Причем, исходя из того, что несколько человек было помиловано, следует, что Комиссия Политбюро реально рассматривала дело каждого осужденного к расстрелу. А ведь закон не обязывал Политбюро заниматься вопросами помилования – это было делом Президиума Верховного Совета, - тем не менее, члены Политбюро тратили время и силы на то, чтобы параллельно с Президиумом ВС рассмотреть дела осужденных к высшей мере социальной защиты. И делали это вместо того, чтобы понырять за амфорами или слетать на охоту. Это как-то не вписывается в либеральные вопли о том, что при Сталине людей считали мусором. Нет, в сталинском СССР мусором не был даже тот, кто имел право таковым считаться.
Ю.И. МУХИН

http://colonelcassad.livejournal.com/74199...page=1#comments

[viktorin]

http://colonelcassad.livejournal.com/74199...page=1#comments

Во 2-м абзаце фамилии не заретушировали.
1. Ивановский Людвиг Иосифович
2. Васильковский Владислав Людвигович

[Михалыч]

Невинные жертвы сталинских репрессий
...

Странное сочетание:
1) репрессии - это миф,
2) жертвы мифа имеются.

Должно быт что то одно - или репрессий не было, это миф, или же они были, тогда имеются реальные жертвы