Каинск - родина цареубийцы?, о семье Юровских Опции

[Петрович]

Из материалов Томского контрольно-разведывательного отделения:
выписка из протокола допроса нашего земляка Ильи Юровского, брата Якова Юровского, организатора и одного из исполнителей расстрела царской семьи в Екатеринбурге.

ПРОТОКОЛ
допроса подозреваемого Юровского

Имя — Эле-Илья, отчество — Хаймович, фамилия — Юровский, звание — мещанин гор. Каинска Томской губернии, вероисповедания — иудейского, происхождения — из мещан, родился в 1882 году, национальность – еврей, местожительство – гор. Томск, Иркутская ул., №11. Отношение к отбыванию воинской повинности — ратник 1 разряда. Родственные связи — братья: Лейба 32 лет, проживает в г. Томске, Моисей 50 лет — в Харбине, Янкель-Яков 40 лет — неизвестно где, Борис 39 лет — в Германии в плену, Пейсах-Петр — 43 лет — в Америке, жена Лея Мошкова 39 лет проживает в гор. Каинске. Образование — малограмотный, часовой мастер, за границей был в плену в Германскую войну, арестован не был, на иностранных языках не говорит. На предъявленные вопросы отвечаю: я природный сибиряк, из мещан г. Томска, приписан в г. Каинск Томской губернии. В Томск я приехал из Каинска – Карачи 20-21 августа 1919 г., где был на курорте. Чем я болею не знаю. В Карачах я прожил месяца два. На военной службе я служил в 404 пехотном Камышинском полку в конном запасе, с выходом же полка на позицию я в 1916 году был в команде связи ротного командира. На позицию я прибыл 5 июня 1916 г., был дважды контужен (засыпан землей), а 13 июня, в числе около 800 человек, попал к австрийцам в плен, где пробыл один год и восемь месяцев. Из плена возвратился приблизительно 20 июня 1918 г. и приехал в Каинск, где и стал заниматься своим делом – часовым делом, т.к. я часовой мастер. В плену я был в г. Визельбург, в лагере военнопленных, откуда в числе эшелона меня, как инвалида, отправили в Россию в двадцатых числах мая 1918 г. Свидетельств о моей контузии у меня не было и нет, о том, что я был в плену, могут подтвердить мои письма к жене из плена, которые находятся у ней в Каинске, других же документов не имеется.
Из Визельбурга до Каинска я ехал один месяц через следующие города: Вена, куда прибыл 21 мая, Иван-город - 23 мая, Двинск - 26-27мая, Петроград - 3 июня, Вологда - 5 июня, Вятка - 7 июня, Пермь - 10 июня, Тюмень - 14 июня, Курган - 18 июня и Каинск - 20 июня. Через город Екатеринбург я не ехал и никогда в нём не был.

Брат мой Моисей живет в Харбине безвыездно лет двадцать, занимается торговлей и имеет семью, состоящую из: жены Любови, отчества не знаю, урожденной Воронок, дочь томского еврея-кузнеца, многочисленных детей, имени которых и числа их не знаю. Борис в германском плену с 1915 года, который за все время нахождения там посылал мне одну лишь открытку. Где он сейчас, что с ним, жив ли он абсолютно ничего не знаю. Жена его Пана Леонтьевна, урожденная Фугенфирова, проживает в гор. Томске, по Никитской ул., в чьем доме и какой номер не знаю. Пейсах-Петр уехла с семьей в Америку семь или восемь лет тому назад. Переписки я с ним не имею, писал лишь раза два за все время. Изображенная на предъявленной мне маленькой фотографической карточке дама с правой стороны есть жена уехавшего в Америку брата, с левой стороны на той же карточке мужчина мой родной брат Пейсах, который в Америке. Мужчина, сидящий посредине той же карточки, родной брат жены моего брата Пейсаха — Матвей, кажется Леонтьевич (Г)Уревич, сам он из Тобольска, где сейчас живет не знаю. Из Америки как брат, так и его жена в Россию не приезжали. Жена моя Лея сейчас живет в гор. Каинске. Томской губ., где содержит часовую мастерскую. В Томск я приехал с тем, чтобы подыскать помещение, перевести свою мастерскую сюда...

Томск, сентябрь 1919.

[Петрович]

... В одном из своих многочисленных писем по поводу наведения порядка и организации должной работы в Гохране В.И. Ленин назвал Я.М. Юровского «надежнейшим коммунистом». Как ни странно, но эта ленинская оценка на сей раз полностью соответствовала истине, так как, куда бы ни посылала партия Якова Юровского и на какие бы посты ни выдвигала, он всегда и везде неуклонно выполнял ее волю.

Янкель Хаимович (после принятия лютеранства в 1904 г. – Яков Михайлович) Юровский родился 1 июля (19 июня) 1878 года {37} в городе Томске в многодетной еврейской семье. Его отец – Хаим Ицкович был сыном раввина и происходил из мещан Полтавской губернии. Сосланный в середине 1870-х гг. на поселение в Сибирь, он отбыл в ссылку вместе со своей супругой, поселившись вначале по месту назначенного ему предписания – в городе Каинске {38} . Но в этом городе он долго не задержался и скорее всего не без помощи местной еврейской общины сумел перебраться в губернский Томск, где стал заниматься торговлей железным хламом и стекольными работами, которые приносили ему весьма скромный доход.

«Отец был стекольщиком, – напишет в 1922 г. позднее в своих воспоминаниях уже сам Яков Юровский. – Семья большая. Нужду терпели огромную» {39} , косвенно подтвердив тем самым, что его отец так и не сумел найти свое должное место в коммерческой жизни этого сибирского мегаполиса. А отсюда можно сделать предположительный вывод о том, что, памятуя о совершенном им ранее грехе, томская еврейская община просто не пожелала пойти навстречу своему новому члену и не приняла должного участия в его дальнейшей судьбе.

Мать – Эстер Моисеевна (рожд. Варшавская), также происходившая родом из Полтавской губернии, родилась в 1848 году и имела специальность швеи. Строго соблюдая заветы веры отцов «плодиться и размножаться», в семье Юровских поочередно рождается восемь детей {40} , в числе коих Янкель был третьим ребенком.

Летом 1884 года родители определяют шестилетнего Янкеля на учебу в низшее иудейское учебное заведение – хедер, в каковых в конце XIX – начале ХХ вв. обучались все дети евреев. Занятия в нем проводил меламед (учитель), собирая обучаемых в помещении «каминерской» молитвенной школы «Талмуд-Тора» {41} , перенесенной в 1881 году в специальное помещение, купленное для этой цели томским купцом 2-й гильдии М.М. Каминером, в Подгорном переулке. Главное внимание в ней уделялось изучению Талмуда и Торы. Помимо таковых в этой школе преподавали азы математики, а также обучали ивриту и идишу. Отдав учебе полтора года, Янкель Юровский получает единственное в своей жизни образование: не сумев окончить и 1-го отделения (два класса) этого начального учебного заведения, он отчисляется из него в декабре 1885 года, видимо, за то, что не проявил к учебе должного прилежания. А может быть, педагоги просто не увидели в юном Янкеле задатков будущего раввина, которой в дальнейшем смог бы пойти по стопам своего деда… Однако, как бы там ни было, вся трудовая жизнь Янкеля Юровского начинается именно с этого времени.

Следующим жизненным этапом нашего «героя» стала первая в его жизни трудовая деятельность на Дрожжевом заводе братьев Кореневских, куда он был отдан отцом для работы «мальчиком на побегушках». На этом предприятии он проработал до 1888 года, то есть по достижении 10-летнего возраста, после чего был отдан в обучение портняжному делу в пошивочную мастерскую Рабиновича. (К этому времени семья Юровских переезжает на новое место жительства – в дом Дондо {42} , расположенный в центральной части города на Миллионной улице).

«В далекой Сибири, в городе Томске в 1886–1887 гг., – писал далее Я.М. Юровский в своих воспоминания, – сидя летом на бревнах во дворе, размышлял о том, что плохо живется на свете. Думал, как бы это добраться к царю и рассказать ему о том, как плохо живется. Но рассказать так, чтобы он думал, что этот голос исходит откуда-то с неба. Мне было 7–8 лет. Мы жили на «Песках», так называлось предместье, которое ежегодно во время половодья затоплялось. Мы занимали в подвальном этаже небольшую квартирку на Миллионной улице в доме Дондо. Хозяин, мясник, жил наверху, а на улицу выходило лавочное помещение, где был кабак родственника хозяина» {43} .

Оказавшись среди богатых соплеменников, маленький Янкель довольно быстро начинает остро осознавать социальную несправедливость, в связи с чем как-то спросил свою мать:
«Почему это мы должны жить в таком подвале, который заливает водой, а дети хозяина (Абрама. – Ю.Ж. ) и его родственника кабатчика (Моисея. – Ю.Ж. ) живут наверху в хороших условиях». Мать отвечала: «Лучше жить бедным, но честным» {44} .
Но ее ответ его нисколько не удовлетворил, и он продолжал одолевать ее новыми вопросами:
«Почему к синагоге богатый еврей имеет право подъезжать на лошади в праздник, тогда как евреям это запрещено…» И на этот вопрос я от матери получал ответ: «Так как он приносит пожертвования, то ему это простительно». Я тогда тоже подумывал: «Великая штука, если бы у меня были деньги: не пожалел бы и с удовольствием дал другим». С тех пор подобные мысли меня не покидали (и я очень желал выхода из тяжелого материального положения» {45} .

Не позднее июля 1889 года Янкель Юровский уже самостоятельно поступает учеником в часовой магазин Пермана. И работая именно в этом магазине, располагавшемся на Почтамтской улице, он 5 июля 1891 года {46} становится свидетелем проезда через Томск 23-летнего Наследника Цесаревича Николая Александровича – будущего Императора Николая II.

В этих же воспоминаниях Я.М. Юровский писал:
«В 1891 г. Николай совершал мировое путешествие {47} . Он проезжал по Сибири и ехал в Томск. Все ждали и готовились к встрече наследника престола.
Я тогда учился часовому делу. Видя все приготовления, они меня захватили, хотя особенной тяги видеть наследника как будто не было. Ребята готовились влезать на крыши, чтобы видеть наследника. Я думал, что если увижу, никуда не лазая, то посмотрю, а если не увижу, так что же?

В назначенный день наследник Николай приехал. Магазин, где я учился часовому делу, был на Почтамтской улице, на самой большой улице города, которая вела к губернскому (губернаторскому. – Ю.Ж. ) дому. Таким образом, я имел возможность наблюдать из окон и ворот дома, как проезжает процессия. Помню как сейчас, наследник с маленькими бакенами, красивый. Кругом много крестьян на лошадках, с мешками за плечами. Один крестьянин на худой лошаденке, мчавшийся за хорошими рысаками, на которых ехал наследник, с размаху ударился об угловой магазин Корнакова и расшибся вместе со своей лошадью. Наследника провожала свита, особенно гарцевал один грузин. Наследника в Томск, то есть последний перегон, вез один содержатель постоялого двора – еврей, который на тройке вороных и примчал наследника в город. Вызывало тогда немало разговоров, что наследник решился ехать на еврейских лошадях и еврей сам же управлял этой тройкой. Тогда же рассказывали, что наследник пробовал у этого еврея приготовленный еврейский пряник и другие кушанья.

Торжество было огромное. Все придавали огромное значение тому, что в момент проезда наследника погода стояла замечательная, что когда наследник выходил на балкон губернаторского дома, дождик только брызнул и уложил пыль, и день был превосходный. Везет же таким великим людям, как наследник. Таково было мое первое знакомство с царствующим домом и Николаем» {48} .

Проработав в Томске до сентября 1892 года, Янкель Юровский незадолго до закрытия навигации переезжает в Тюмень, где продолжает свою трудовую деятельность в аналогичной должности у разных лиц. Скорее всего вдали от неусыпного взора родителей и местной общины он именно в Тюмени впервые и знакомится с идеями социал-демократов, потому как в конце лета 1893-го или 1894 г. он приезжает в отпуск домой, затевает «диспут о царях» со своим отцом – человеком верующим и нрава крутого.

«Лет 15–16-ти, – продолжает Я. М. Юровский, – однажды в праздничный день, сидя за обедом, в нашей семье поднялся вопрос о царях. Отец был довольно строгий и не терпел возражений со стороны детей. Он восхвалял Николая Первого, что тот, дескать, дубинкой умел учить народ. Я не выдержал и вступил в спор, что ничего хорошего в Николае не было…
Отец не выдержал. Пустил в меня вилкой. Я ушел и целых два дня дома не был.
Вот так вот я познакомился с царствующим домом и с живыми и с покойниками…» {49}

В кн. Жук Юрий. Цареубийца. Маузер Ермакова. Гл. 4. «Надежнейший коммунист» Яков Юровский

37. ЦДООСО, Ф. 221, оп. 2, д. 774, л. 12.

38. Во многих источниках датой рождения Я.М. Юровского указывается 3 июля (21 июня) 1878 г. Однако это неверно, так как, по имеющимся сведениям Департамента полиции, мещанин г. Каинска Я.М. Юровский родился 19 июня (ст. ст.) 1878 г. А так как в XIX веке разница в датах между календарями старого и нового стиля составляет 12 дней, следовательно, датой рождения Я.М. Юровского по новому стилю следует считать 1 июля 1878 г.

39. В 1935 г. город Каинск был переименован в город Куйбышев. (А всего в СССР имя В.В. Куйбышева было присвоено 11 городам, ранее носящим другие имена.) Ныне входит в состав Новосибирской области.

40. Юровский Я.М. Последний царь нашел свое место. Архив Президента РФ (АП РФ). Ф. 3, оп. 58, д. 280. (Опубл. Исповедь цареубийц. Убийство Царской Семьи в материалах Предварительного Следствия и в воспоминаниях лиц, причастных к совершению этого преступления Составитель Ю.А. Жук. М., ООО «Издательский дом «Вече», 2008, с. 289.)

41. Это сыновья: Мойша (р. 1868), Пейсах (р. 1875), Янкель (р. 1878), Борух (р. 1879), Эле-Мейер (р. 1882), Лейба (р. 1888) и сестра Перла (р.?). Еще один, самый младший в семье ребенок, умер в малолетстве.

42. В книге Н.А. Соколова «Убийство Царской Семьи» это учебное заведение ошибочно названо «школой «Талматейро». Хотя ее правильное название - «Талмуд-Тора». Однако не следует забывать, что на разных еврейских диалектах слово «Тора» звучит по-разному. Так, на ашкеназском - юго-восточном диалекте (в Польше и в Украине) оно произносится как «Тойра», а на северо-восточном (в Белоруссии и Литве), как «Тэйро». Посему человек, произнесший его на следствии, вероятнее всего, просто «проглотил» окончание в слове «Талмуд», результатом чего и появилось это неверное словосочетание.

43. Абрам Эфраимович Дондо был крупным скотопромышленником и торговцем мяса в Томске и губернии, одновременно являясь основным поставщиком мяса для еврейской общины города. А его родной брат Моисей держал трактир в принадлежавшем ему доме. В 1912-м А.Э. Дондо состоял старостой каменной синагоги Томска на Магистратской улице.

44. Юровский Я.М. Указ. соч. (Опубл. Исповедь цареубийц, с. 289.)

45. Там же.

46. Там же.

47. Дата указана по старому стилю.

48. 23 октября/4 ноября 1890 г. Наследник Цесаревич и Великий Князь Николай Александрович отправился в длительное путешествие вокруг Азии. Морская часть маршрута начиналась в Италии, где Наследник Цесаревич и сопровождающие Его лица, разместившись на борту фрегата «Память Азова», отправились в Италию. Из Италии фрегат проследовал в Египет, оттуда - в Японию, делая длительные остановки в Индии (с заходом на о. Цейлон), Индонезии - Батавии (о. Ява), Сиаме, Сайгоне (Французский Индокитай), Гонконге, Ханькоу, Шанхае (Китай) и пр. Конечной точкой маршрута стал Владивосток, куда Наследник Цесаревич прибыл 11/23 мая 1891 г. и 19/31 мая присутствовал при закладке памятника Адмиралу Е.И. Невельскому, а также закладке главной железной дороги России - Уссурийского участка Сибирской магистрали и здания железнодорожного вокзала на ст. «Владивосток». Из Владивостока обратный путь Наследника Цесаревича проходил уже сухопутными и речными путями через бескрайние сибирские просторы с остановками во всех крупных городах - Хабаровск, Благовещенск, Нерчинск, Чита, Красноярск, Томск, Тобольск, Сургут, Омск, Оренбург и Москва, откуда Он прибыл в Санкт-Петербург 4/16 августа 1891 г. Именно во время возвращения в столицу Его путь лежал через губернский Томск, где Я.М. Юровский впервые имел возможность увидеть будущего Государя.

49. Юровский Я.М. Указ. соч. (Опубл. Исповедь цареубийц, с. 289.)
Продолжение следует...