В городе М., Один день военного корреспондента Опции

[VeroNika05]

Заеzжий корреспондент https://t.me/korrzakadrom
В городе М. (Один день одного военного корреспондента)

1. Вступление

Следователь на камеру бубнит - время такое-то в присутствии понятых таких-то и эксперта такого-то я, следователь по особым делам…

В этот момент раздается нарастающий свист, и вся наша группа бросается ничком на битый кирпич. Перед моими глазами - огромное колесо машины. Таким оно кажется, если смотреть на него снизу. Азовсталь - совсем рядом, мы на окраине территории. Там оглушительно грохает прилет. По звуку - ощущение, что какая-то небесная кухарка рассыпала стопку гигантских чугунных противней. Над одним из цехов поднимается облако пыли от взрыва.

Мы встаем, отряхиваться смысла нет. Следователь продолжает читать на камеру одному ему нужное заклинание. Перед ним стоит, опустив голову, человек с руками за спиной. Это следственный эксперимент, на который мы приехали в столь неуютное место. Группа минимальная - прокурорские, эксперт, мы - журналисты, спецназ и местные военные, в руках у них лопаты.

Но это было сегодня, я хотел рассказать о другом дне, начался он не так.

2. Дорога в Мариуполь

От водителя Димы разит спиртным так, что можно прикуривать или похмеляться. За руль он садиться не может, и как доехал до нас - загадка. Дима работал в такси все это время, и иногда мы просим его нас возить. Сегодня надо опять ехать по дороге которую мы уже, кажется, знаем наизусть, и за руль приходится садиться мне.

Работа с событиями в Мариуполе приобрела уже такой график и расписание, что если бы мне об этом сказали какое-то время назад (до 24 февраля) - я бы вообще не поверил, что такое в принципе возможно. Так я не работал никогда. Чтобы каждый выпуск от тебя что-то хотел, а на вечерний - желательно что-то отдельное - это сложно. Спать некогда, писать заметки Заеzжего корреспондента - тоже. Но тут есть один интересный момент. Ровно два года назад я прекратил пить и курить, резко, и в один день. Это было во время длительной командировки в Сирии. Жизнь очень сильно изменилась в лучшую сторону, но я к тому это все говорю - что если бы сейчас надо было бы еще и пить и курить - я бы точно не справился. Каждый день в любой день вставать в 6 утра и писать большой и предполагающий определенную технологическую подготовительную работу текст - это не так просто, как кажется на первый взгляд.

Едем в Мариуполь. Сейчас уже очень многое и даже по дороге говорит о том, что ситуация в городе и вокруг него изменилась. Везде - огромные очереди из машин с еврономерами АН (бывшая подконтрольная Украине часть Донецкой области). Машины уже в основном целые. Расстрелянные и без стекол, но на ходу - скорее исключение. У огромного количества автомобилей - украинский флажок на номере заклеен чем попало, но в основном - скотчем или изолентой. В очередях, когда есть время - я интересуюсь, зачем люди это делают, ведь номер - это формальность. Люди в ответ у меня интересуются, где в Донецке МРЭО и насколько там сложная процедура перерегистрации, как получить номера ДНР. Самый распространенный, усредненный ответ - после всего того, что с нами делала «эта страна» (да-да) мы не хотим иметь с ней ничего общего. Видимо, это какие-то флэшмобские законы - увидел у кого-то и решил сделать сам, но люди с заклеенными номерами ( https://t.me/korrzakadrom/294 ) - очень активно высказываются о том, что Украина им никакая не родина, потому что Родина со своими гражданами себя так не ведет.

По дороге в Мариуполь - райцентр Тельманово, в современной украинской картографии - Бойково, правда я сейчас совершенно не вижу никакой даже приблизительной вероятности, чтобы этот украинский топоним получил какое-то реальное наполнение. В Тельманово есть у дороги толстое дерево, у которого стоит бабушка и продает молоко, я всегда у нее его покупаю. Купил и сейчас. Заходим в магазин - в Мариуполе может очень резко настигнуть чувство жгучего стыда, если вдруг ты мог купить воды, макарон, консервов, хлеба, шоколадок детям - и не сделал этого. Это может и не произойти - если не встретишь того, кому это реально нужно. Но если встретишь, а дать ничего не можешь - на душе становится очень гадливо. Поэтому лучше - в магазин заходить.

В Безымянном, где мы когда-то давно снимали две палатки МЧС для беженцев - сейчас огромный палаточный город, на сотни, если не тысячи человек. Машины вдоль обочин стоят чуть ли не на километр за околицей, в сторону Мариуполя. Здесь - медицина, питание и вода, помощь детям, внесение в базу МВД. Народищу - толпы. С воем в сторону Мариуполя и обратно носятся скорые, очень много скорых. Их три типа - новенькие Газели или Уазики с высокой крышей, и Фиаты и Ситроены, которые остались, я так понимаю, еще с украинских времен (но бортовые надписи сделаны по-русски). Один раз я видел кавалькаду автомобилей ФМБА. Вспоминая хаос и нерв во 2-й больнице ( https://t.me/korrzakadrom/268 ), который мы застали в один из первых дней, когда только попали в город - я радуюсь и на душе становится спокойнее - тех святых врачей, которые все это пережили - не бросили, подмога пришла. И я имею информацию, что в Мариуполь приехали во множестве специалисты из Донецка, которых как раз там так не хватало, и уже ведут работу на постоянной основе.

(продолжение следует)

[VeroNika05]

Заеzжий корреспондент, [14.04.22 5:25] https://t.me/korrzakadrom

Крепкий сон в зеленой кабине

Часть 1

Встречный воздух гонит по стеклу капли дождя. Мы едем в Мариуполь на автобусе - на его борту написано PRESS, я сижу у окна в районе буквы Е и ее горизонтальные составляющие мешают мне смотреть на бескрайние поля, через которые проходит дорога, и приходится нагибаться. Многие поля возделаны - зеленеют озимые, по которым четко видны темные следы военной техники, расходящиеся как ветви на батареи - по гильзам или ящикам боеприпасов можно определить - кто здесь, что называется, работал - после артиллеристов остаются горы серых, как будто пыльных цилиндров, после Градов - продолговатые ящики от «карандашей», и желтое пятно в зеленом окружении - след от огненного выдоха. Скоро, скорее всего, приедет грузовик с резервистами, и ящики заберут на хозяйственные нужды - материал хорош для любого обустройства, древесина качественная. Чаще всего - из них строят блок-посты.

На окружной Мариуполя их сейчас много. На всех - развиваются новенькие флаги - России и ДНР. Рядом, на фоне неба, полощется ветром - выглядит очень эффектно. У поворота на Старый Крым - стоит трофейная украинская БРДМ. Еще в пиксельной раскраске, но эмблема батальона «Донбасс» уже закрашена, и со всех сторон нанесена большая белая Z. Эмблема, кстати, очень странная - птица летит головой вниз, образуя таким образом вожделенный трезубец - но как будто хочет разбить о землю свою глупую голову. С другой стороны - очень символично.

Бывшие украинские поля - по диагонали перегорожены цементными противотанковыми пирамидками, как я понимаю, не повлиявшими вообще ни на что. Через многие такие заграждения - дороги пробиты, пирамидки просто расставлены в стороны.

Блокпосты мы проезжаем, естественно, не останавливаясь - впереди и позади нас - бронеавтомобили Тигр российского Минобороны, замыкают процессию два медицинских уазика, а возглавляет - громкая и крикливая, но очень маленькая машина ВАИ ДНР, от всех требует остановиться и пропустить нас. Просто глядя в окно от нечего делать - я с удивлением замечаю группу спецназа, которая по-настоящему, лежа и по-боевому держит под прицелом дорогу, по которой мы только что проехали. Успеваю заметить снайпера и пулеметчика, вдалеке за ними вижу их транспорт. Такого раньше тут не было - потом мы узнали, что это была как раз попытка прорыва с завода Ильича, когда не захотевших сдаваться, но захотевших попробовать уйти - ловили по окрестным полям и «шлепали мухобойками», как выразился один мой коллега. Эта группа, получается, и была одной из таких мухобоек. Надо понимать, что это глубокий тыл, и куда-либо добраться на Украину, даже если из окружения и удастся выйти - нереально. Им, как мы знаем, и не удалось, но меры были приняты суперперестраховочные.

Это первый выезд иностранных журналистов в Мариуполь. Их специально привезли из Москвы, собирали пул, и попасть в него было не сложно, на сколько я понимаю - было бы желание. Естественно - с удовольствием это сделали разные левацкие товарищи, а так же коллеги из арабского мира, Латинской Америки и Индии. А так же и уважаемые европейские СМИ - были замечены тоже. Я общался с журналистами из ТФ1 и Фигаро, что кстати, показательно - ведь во Франции, особенно в преддверии второго тура выборов президента - тема пересмотра отношений с Россией - очень и очень находится в повестке. Из немцев - Томас из Антишпигеля, личность, безусловно, примечательная и яркая. BBC и CNN, разумеется, не было.

Дорогу я знаю уже очень хорошо - напрямую по автостраде нас не повезли, хотя проезд уже давно открыт. После Еленовки - сворачиваем на Докучаевск, и становится понятно, что будет долго. Своими машинами ехать запретили - поэтому, собственно, мы и находимся в этом автобусе. По дороге, уже на Мариупольской окружной, есть интересное место - полотно асфальта проходит между двух холмов, справа и слева. Каждый раз я отмечаю взглядом - совершенно идеальное место для засады. И в этом месте очень много следов, говорящих о том, что здесь что-то было, довольно серьезное. В холмы упираются гусеничные следы, многочисленные развороты видны на асфальте, какая-то «коробочка» ломанулась прямо через деревца, но потом изменила направление, оставив после себя загнутые и сломанные стволы с белыми заломами. Все усыпано гильзами - мы как-то останавливались в этом месте. Пятно вытекшего масла, следы чего-то сгоревшего, разбросанный хлам и тряпье - как будто со старой антресоли на даче вытряхнули самый старый и забытый ящик. Сожженной техники нет, бинтов и крови - не видно было тоже, что тут произошло - мне так и осталось непонятным, но здесь было что-то очень резкое, очень интенсивное, очень быстротечное. Очень опасное.

Перед отправлением от Парк Инна - в салон заходит командир спецназа для проведения инструктажа. Его пытаются снимать - но он возражает. Прежде чем он начинает говорить - представитель пресс-службы Минобороны просит через переводчика донести до всех присутствующих, что все вольны автобус покинуть, и если мы остаемся - мы этим подтверждаем, что осознаем опасность мероприятия и возможные последствия. Никто не вышел. Дальше слово берет командир «тяжелых». Если свистит - падать на землю и искать глазами его ребят, которые выведут в безопасное место и скажут, что делать дальше. Голову накрывать руками, открывать рот, можно орать - это облегчит возможные последствия контузии. Из кольца спецназовцев - не выходить, не разбредаться. Без бронежилета и каски - находиться нельзя. Если говорят бежать - надо бежать. Инструктаж очень короткий но очень насыщенный по энергетике. Коллеги переводили на английский. Один человек в итоге вышел.

В первый день - мы всем этим табором ездили в Волноваху. Во второй день - в Мариуполь. Естественно, ведь он сейчас в топе мировых новостей, и попасть сюда - профессиональная удача для любого журналиста. Это совсем не то, что рассказывать о происходящем дистанционно - а о происходящем сейчас так или иначе рассказывают все.