Да, были люди в наше время - не то, что нынешнее племя, Поступки, события, оставшиеся в памяти людей Опции

[Хрюн Моржов]

Пролёт под Коммунальным мостом Новосибирска на Миг-17

18.06 14:52 Сибкрай.ru
В книге рекордов Гиннесса мы не найдём ни упоминания новосибирского Коммунального моста, ни фамилии Привалов – это неудивительно, ведь о случае, произошедшем 3 июня (по некоторым источникам – 4 июня) 1965 года, советская пресса не писала.
Слухи облетели всю страну, и даже просочились за границу, обрастая уже какими-то совершенно нелепыми подробностями, но так как не было официального сообщения – не произошло и официального признания. Более того – единственный в мировой истории пролёт реактивного истребителя под мостом не зафиксировала и бортовая аппаратура, кино-фотодокументы мне тоже обнаружить не удалось. Так что будем полагаться на воспоминания очевидцев.
«В июне 1965 года летчик из полка ПВО Привалов в Новосибирске пролетел на МиГ-17 под мостом через Обь… я и сам давно хотел там пролететь, только мне как командующему этого делать было нельзя» - написал в мемуарах генерал-лейтенант авиации в отставке Д.Т. Никишин, в ту пору - командующий авиацией и Член Военного совета СибВО.
Как видите, даже такое высокое начальство с трудом удерживалось от желания похулиганить, а уж скольким рядовым пилотам хотелось это совершить – бог весть! Хотелось многим, но воплотил в жизнь один. Капитан Валентин Привалов по прозвищу «Валет».
Родился Валентин в Подмосковье, детство его выпало на военное время. Еще в школе занимался в аэроклубе. После училища служил в морской авиации, в Калининграде и Заполярье, был награждён орденом Красной звезды. Позже был переведён в г.Канск Красноярского края.
В июне 1965го в составе звена из 4-х МиГов Привалов был откомандирован на проходившие в СибВО учения – на полигоне около Юрги зенитные дивизионы проводили тренировочные стрельбы. Возвращаясь с задания в Толмачёво, Валентин и пролетел под Коммунальным мостом. (Для справки: размер арки приблизительно 30 на 120 метров, размах крыльев МиГ-17 – 9,6 метра).
Вспоминает Анатолий Максимович Рыбьяков, майор авиации в отставке:
«С третьего разворота он снизился, и прошёл под мостом. Скорость – где-то 400 км/ч. Был ясный, солнечный день. Люди на пляже купались, загорали, и вдруг – грохот, и самолёт взмыл вверх свечой, избегая столкновения с железнодорожным мостом. Ясно было, что такое не скроешь. Прилетел маршал авиации Савицкий, устроили расследование. Спрашивали у Привалова, какие мотивы у него были. Он отвечал, что писал два рапорта об отправке во Вьетнам, но они остались без ответа. Потому и решил пролететь под мостом, чтобы обратили внимание. Оценивали этот поступок по-разному. Молодые лётчики – как героизм, старшее поколение – как воздушное хулиганство».
Привалова могли жёстко наказать, вплоть до трибунала, но всё-таки помиловали. Известно, что министр обороны СССР маршал Малиновский лично поучаствовал в его судьбе, и прислал телеграмму приблизительно такого содержания: «Летчика Привалова не наказывать. Ограничиться теми мероприятиями, которые с ним проводили. Если не был в отпуске, отправить в отпуск. Если был, дать десять суток отдыха при части». Приблизительно – потому что народная молва упорно дописывает к телеграмме еще одну строчку: «Командиру полка объявить выговор». А еще ходили слухи, что от наказания лётчика спас звонок в Москву первого секретаря Новосибирского Обкома КПСС Горячева, бывшего в хороших отношениях с Л.И. Брежневым.
И хотя Привалов так и не был отправлен во Вьетнам, своей цели он всё-таки достиг – на него действительно обратили внимание, и дальнейшая карьера была в целом успешной. Он был переведён в Горьковскую область, дорос до подполковника, был и командиром эскадрильи, и заместителем командира полка, но в 1977-м году, из-за болезни сердца, вынужден был уйти на «гражданку».
Автор благодарит Павла Николаева за помощь в работе над материалом.

Автор: Вадим Синицын

[Хрюн Моржов]

Нашёл интересные выкладки в "помойке" о наших древних предках. Думаю, и, другим будет не без интереса ознакомиться с ними.

Византийский историк 6 века н.э. Прокопий Кесарийский о внутреннем устройстве словен писал:
”Эти племена, словяне и анты, не управляются одним человеком, а живут в народовластии. Поэтому у них счастье и несчастье считаются общим делом… Дома у них не каменные, а из дерева и глины, с островерхими соломенными крышами… Щиты у воинов из бычьей кожи, лёгкие, и всё оружие лёгкое… мечи длинною в локоть и короткие ножи… Железо звонкое и такое, что наш меч может рубить, но само не зазубрится…
Самим нападать на других, чтобы завладеть их имуществом и людьми, законы их запрещают так же, как и торговать людьми. Поэтому рабов они не имеют, а работают все без различия должности и положения… Пленные, если захотят остаться у них и женятся, пользуются таким же равноправием, а других отпускают и обеспечивают всем на дорогу… Они не злы и не хитры, а откровенны и добродушны…”.
Это было зафиксировано в 6 веке нашей эры, а после этого о словенах-русах можно найти уже в западноевропейских древних хрониках, а с развитием мусульманской цивилизации у арабов немало написано после 9 века их путешественниками.
”О ”витязях из русов” повествует раннесредневековый западноевропейский эпос. Этноним ”Русь” встречается в ”Песне о Нибелунгах”. О бесстрашных воинах-русах, сражавшихся с гуннами, говорится в Старшей Эдде (сага о Дитрихе Бернском), Русы упоминаются в ”Песне о Роланде”… – пишет А.А.Добровольский – В.Даль записал народную поговорку: ”Русский народ – русый народ”.
В современных учебниках (Сахаров А.И.) приводятся свидетельства греческих летописцев:
”Очень ласковы к чужеземцам”, ”они превосходные войны, потому что военное дело становится у них суровой наукой во всех мелочах. Высшее счастье в их глазах – погибнуть в битве. Они вообще красивы и рослы; волосы их отливают русый цвет”, ”любят свободу, и не выносят рабства”, ”величайшее их искусство состоит в том, что они умеют прятаться в реках под водою. Часто, застигнутые неприятелем, они лежат очень долго на дне и дышат с помощью длинных тростниковых трубок”.
Ибн-Фадлан (10 век) писал о руссах: ”Я не видел людей с более совершенными телами, чем они. Они подобны пальмам, белокуры, красивы лицом, чисты телом”. Ибн-Рашид, Ибн-Русте, Ибн-Иакуб, как и все другие арабские купцы называли славян ”сакалибами”, т.е. светловолосыми”.
Советский исследователь истории Людмила Григорьевна Салдадзе в своём труде приводит несколько древних свидетельств, – отрывок из книги Бируни ”История Хорезма”:
”Русы люди сильные и могучие, идут пешком в далёкие страны для набега, а также путешествуют на судах по Хазарскому морю, захватывают суда и имущество, путешествуют и в Константинополь по морю Понтийскому. Их мужество и храбрость хорошо известны, так что один из них равен нескольким из какого-либо другого народа”.
Дохристианское древнерусское общество было общинным, вечевым, где князь был подотчётен народному собранию – вече, которое могло утвердить передачу власти князя по наследству, а могло и переизбрать себе князя.
”Древнерусский князь – это не император и даже не монарх, ибо над ним стояло вече, или народное собрание, которому он был подотчетен” – отметил И.Я.Фроянов.
Русский князь этого периода и его дружина не демонстрировала феодальных ”гегемонских” признаков. Без учёта мнения авторитетнейших членов общества: глав родов, мудрых ”дидов” и уважаемых военноначальников – решение не принималось. Хорошим примером этого был знаменитый князь Светослав. А.С.Иванченко в своём исследовании отмечает:
”…Обратимся к оригинальному тексту Льва Диакона… Встреча эта произошла у берега Дуная 23 июля 971 года, после того, как накануне Цимисхий запросил у Светослава мира и пригласил его к себе в ставку для переговоров, но тот ехать туда отказался… Пришлось Цимисхию , укротив свою гордыню, самому отправиться к Светославу.
Однако, мысля по-ромейски, император Византии желал, если не удалось воинской силой, то хотя бы пышностью своего облачения и богатством нарядов сопровождающей его свиты… Лев Диакон:
”Государь, покрытый парадными, золотой ковки, доспехами, подъехал верхом к берегу Истра; за ним следовали многочисленные сверкающие золотом всадники. Скоро показался и Святослав, переплывший реку в скифской лодке (это лишний раз подтверждает, что скифами греки называли руссов).
Он сидел на веслах и греб, как все, ничем среди других не выделяясь. Внешность у него была такая: среднего роста, не очень большого и не очень малого, с густыми бровями, с голубыми глазами, с прямым носом, с бритой головой и с густыми длинными волосами, свисавшими с верхней губы. Голова у него была совсем голая, и только с одной её стороны свисал клок волос… Одежда на нём была белая, которая ничем другим, кроме заметной чистоты, не отличалась от одежд других. Сидя в лодке на скамье гребцов он поговорил немного с государём об условиях мира и уехал… Государь с радостью принял условия русов…”.
Имей Святослав Игоревич относительно Византии такие же намерения, как против Великой Хазарии, он без особых усилий уничтожил бы эту кичливую империю ещё во время своего первого похода на Дунай: четыре дня пути оставалось ему до Царьграда, когда синкель Феофил, ближайший советник византийского патриарха, пал перед ним на колени, запросив мира на любых условиях. И действительно Царьград платил дань Руси огромную”.
Подчеркну важное свидетельство – князь русов Светослав равный по своему статусу византийскому императору был одет как все его дружинники и грёб веслами вместе со всеми… То есть, на Руси в этот период общинный, вечевой (соборный) строй был основан на равенстве, справедливости и на учёте интересов всех его членов.