Корреспонденцiи, Письма из Каинска Опции

[Петрович]

Корреспонденцiи.
Каинскъ. 5 апреля. ( М е р т в а я нога. Выборы городского головы.)

Для характеристики нашихъ больничныхъ порядковъ считаю интереснымъ указать на следующiй фактъ. Одна женщина, проходя мимо сваливавшегося около города мусора и снѣга, увидала торчавшую изъ кучи снѣга человѣческую ногу и тотчасъ же заявила полицiи о томъ, что видела человѣческiй трупъ. По прибытiи на это место полицейскаго чиновника и народа, оказалось, что то была лишь одна человѣческая нога, отрезанная по колено. Находившейся при этомъ въ числе собравшейся публики фельдшеръ железнодорожной больницы, проворно выхватилъ эту ногу и убежалъ, сопровождаемый возгласомъ полицейскаго чиновника: «Постой, постой! Я занесъ ее въ протоколъ.» Оказалось, что нога эта была отрезана въ больнице у изувѣченнаго рабочаго и вывезена, вмѣстѣ съ отбросами, за городъ.

Злоба дня г. Каинска—выборъ городского головы. Въ засѣданiи, происходившемъ 3 ч. сего апреля, городскимъ головой, въ обходъ местныхъ тузовъ Ерофеева, Шкроева, Курнина, Волкова и др., выбранъ некто Кокушкинъ, а членомъ — служащiй у последняго по торговле—Степановъ. Слушать это засѣданiе, впрочемъ, мне не пришлось, такъ какъ не захотелось стоять со сторожами у порога комнаты, въ которой происходило засѣданiе и въ которую постороннихъ не пускали, указывая, что только корреспонденты и стенографы имеютъ на это право и при томъ при наличности у нихъ о семъ документовъ.

Томскiй Листокъ №80. Воскресенье, 14 апреля 1896 г.

[Петрович]

Каинскъ. Безъисходное положеніе крестьянскаго населенія при отсутствіи мелкихъ кредитныхъ учрежденій заставляетъ обращаться къ кулакамъ и закабалять себя. Кулаки и аферисты разживаются, масса беднеетъ и опутывается.

Для иллюстрации привожу фактъ. Летъ 10 назадъ появился въ дер. Старый-Карапузъ, въ изорванномъ арестантскомъ зипунишке, человекъ, котораго, какъ и всѣхъ ссыльныхъ, крестьяне окрестили "придѣленный". Живя въ работникахъ, онъ сколотилъ нѣсколько рублей, набралъ мелочи и съ того времени начал новый періодъ жизни и сталъ называться «Петрушечкой мелочникомъ». Какъ успешно повелъ этотъ Петрушечка торговые обороты—можетъ судить читатель. Скоро онъ женился на дочери зажиточнаго крестьянина, построилъ съ городской обстановкой домъ, открылъ два питейныхъ заведенія и началъ торговлю мануфактурными, бакалейными и др. товарами и все это пріобрѣтено въ непродолжительное пребываніе его въ С—Карапузе. Спрашивается, какимъ путемъ это сделано? На чей счетъ?

Львиную часть всехъ получаемыхъ доходовъ даютъ кабаки, куда сносится до рубахи крестьянское добро: задача денегъ подъ будущій урожай и отпускъ сомнительнаго достоинства товаровъ въ кредитъ, напр. подъ масло и разн. произведенія крестьянскаго хозяйства. Съ формальной стороны все обстанавливается аккуратно, къ тому-же взысканію долговъ содействуютъ волостные начальники.

П. К. Ечелетовъ въ 1883 г. далъ въ кредитъ подъ росписку М. Якунину, по случаю свадьбы, 2 вед. вина на 12 р., товару на 28 руб, всего на 40 р., за что мужикъ долженъ доставить натурою въ 1884 г. 350 пудовъ овса, 34 пуд. ярицы и 9 пуд коровьяго масла; по существующимъ въ то время ценамъ (овесъ 30 к., ярица 40, масло 6 руб.) это составитъ сумму вь 167 руб! Кулакъ и этимъ процентомъ не доволенъ! Разсердившись на мужика за то, что тотъ на сѣльскомъ сходе протестовалъ противъ выдачи ему приговора на открытіе кабака, предъявилъ къ Якунину искъ въ недодаче хлеба и масла. Волостной судъ въ 1885 году присудилъ взыскать съ Якунина на хлѣбъ и масло 36 р. Мужикъ почему то не обжаловалъ решенія и не хотель платить долга, вследствіи чего волостной старшина Пѣшковъ при продаже имущества встретилъ сопротивленіе, и Якунинъ попалъ въ тюрьму.

Волостной писарь К—яндинъ, бывшій на волостномъ суде, въ угоду Ечелетову устроилъ дѣло такъ, что даже крестьянское присутствіе не могло отменить ръшенія. Словомъ, у беззащитнаго Якунина продали скотъ за долгъ кулаку и онъ, хотя судъ и освободилъ Якунина отъ уголовнаго преследованія, ни за что просиделъ два месяца въ тюрьме...

Сибирская газета №37, 1886 год. 14 сентября, воскресенье.