Корреспонденцiи, Письма из Каинска Опции

[Петрович]

Корреспонденцiи.
Каинскъ. 5 апреля. ( М е р т в а я нога. Выборы городского головы.)

Для характеристики нашихъ больничныхъ порядковъ считаю интереснымъ указать на следующiй фактъ. Одна женщина, проходя мимо сваливавшегося около города мусора и снѣга, увидала торчавшую изъ кучи снѣга человѣческую ногу и тотчасъ же заявила полицiи о томъ, что видела человѣческiй трупъ. По прибытiи на это место полицейскаго чиновника и народа, оказалось, что то была лишь одна человѣческая нога, отрезанная по колено. Находившейся при этомъ въ числе собравшейся публики фельдшеръ железнодорожной больницы, проворно выхватилъ эту ногу и убежалъ, сопровождаемый возгласомъ полицейскаго чиновника: «Постой, постой! Я занесъ ее въ протоколъ.» Оказалось, что нога эта была отрезана въ больнице у изувѣченнаго рабочаго и вывезена, вмѣстѣ съ отбросами, за городъ.

Злоба дня г. Каинска—выборъ городского головы. Въ засѣданiи, происходившемъ 3 ч. сего апреля, городскимъ головой, въ обходъ местныхъ тузовъ Ерофеева, Шкроева, Курнина, Волкова и др., выбранъ некто Кокушкинъ, а членомъ — служащiй у последняго по торговле—Степановъ. Слушать это засѣданiе, впрочемъ, мне не пришлось, такъ какъ не захотелось стоять со сторожами у порога комнаты, въ которой происходило засѣданiе и въ которую постороннихъ не пускали, указывая, что только корреспонденты и стенографы имеютъ на это право и при томъ при наличности у нихъ о семъ документовъ.

Томскiй Листокъ №80. Воскресенье, 14 апреля 1896 г.

[Петрович]

Корреспонденцiи.

Каинскъ. 12 января. Дума наша, еще на первыхъ порахъ своего существованія, постановленіемь, утвержденнымъ губернаторомъ, ограничила, на неопредѣленное время, число городскихъ питейныхъ заведеній до 10, - цифры весьма по Каинску солидной. Но постановленіе это строго соблюдалось лишь до прошлаго года: съ этого же времени количество питейныхъ заведенiй сразу увеличилось на 5, благодаря ловкости одного изъ чиновъ акцизнаго надзора. Воспользовавшись тѣмъ обстоятельствомъ, что въ думскомъ постановленіи не было ничего упомянуто о ренсковыхъ погребахъ, онъ свободно сталъ выдавать патенты на ренсковые погреба сверхъ 10 патентовъ собственно на питейные дома. Поэтому бывшій здѣшній исправникъ, г. Пепеляевъ, въ сентябрѣ минувшаго года, предложилъ думѣ вновь составить постановленіе, которымъ, число какъ питейныхъ домовъ, такь и ренсковыхъ погребовъ вмѣстѣ— ограничить съ настоящего года старой нормой—10, при чемъ всѣ эти питейныя заведенія, въ видахъ болѣе строгаго полицейскаго надзора за ними, сосредоточить въ центрѣ города, но не на главныхъ улицахъ, воспретивъ совершенно открытіе тѣхь заведеній на окраинахъ города. Такъ какъ это предложеніе г. Пепеляева было, очевидно, не на-руку нашимъ виноторговцамъ, людямь всесильнымъ въ обществѣ, то оно и до настоящаго времени не передано управою въ думу на обсужденіе, и лежитъ себѣ «подъ сукномъ» у городскаго головы. Мало этого: управа, руководимая безсмѣннымь (служитъ второе 4 лѣтіе) членомъ своимъ, г. Поповымъ (виноторговецъ), сама въ нынѣшнемъ году стала давать разрѣшенія на открытiе въ городѣ кабаковъ сверхъ установленной думою нормы, мотивируя это тѣмь, что свободная торговля виномъ разрѣшена только до 1 іюля, ибо на этотъ лишь періодъ времени выдаются патенты. Теперь у насъ на иныхъ улицахъ стало по нескольку питейныхъ заведеній.

—Тоть же исправникъ г. Пепеляевъ, одновременно съ первымъ своимь предложеніемъ, просилъ думу не отдавать въ настоящемъ году подъ кабаки общественные дома, стоящіе особнякомъ на базарной площади, на берегу Оми, такъ какъ устройство на базарахъ отдѣльныхъ кабаковъ закономъ воспрещается; но и это требованіе г. Пепеляева имѣло ту же участь, какъ и первое, потому что въ домахъ тѣхъ, попрежнему, помещаются кабаки, изъ которыхъ самый видный, а потому и самый доходный,—принадлежитъ г. Попову.

—Къ сожалѣнію, наша управа радѣетъ объ интересахъ виноторговцевъ болѣе, чемъ объ интересахъ остальнаго общества, не вь однихъ питейныхь дѣлахъ, но и въ другихъ также. Напримѣръ, мѣщане наши ежегодно арендуютъ для сѣнокошенія свободные казенные участки земли, расположенные вблизи города, платя за нихъ, по мѣстнымъ цѣнамь, не дешево. Между тѣмъ управа отдала въ аренду на двѣнадцать лѣть однимъ виноторговцамъ Ерофеевымъ до 50 десятинъ самыхъ лучшихъ и близкихъ къ городу общественныхь сѣнокосныхъ луговъ, и всего по 40 к. за десятину; тогда-какь простымь бѣднякамъ не сдаеть въ аренду сѣнокосовъ, и далеко меньшихъ по своимъ размѣрамъ, и на короткій срокъ, хотя за такую же плату, какую вносятъ Ерофеевы, даже большую При этомъ управа не заключила съ Ерофеевыми никакого условія на этотъ сѣнокосъ; Ерофеевы же, огородивши крѣпко весь лугъ, не стали пускать туда для пастьбы городской скотъ, даже послѣ того, какъ вся трава уже скошена и и смётана въ стога, не смотря на обѣщанія свои не дѣлать такого стѣсненія.—Услужливость управы вселила даже въ прошломь году въ одномъ изъ Ерофеевыхъ мысль захватить, за рѣчкой Каинкой, вплоть у самаго города, нѣсколько десятинъ общественной земли, сь березовымъ лѣсомъ,—въ вѣчное, потомственное владѣніе, для постройки, будтобы, большаго мыловареннаго завода. Но это поползновенiе А. Ерофеева, какъ слишкомъ уже смѣлое, окончилось неудачей: дума большінствомъ голосовъ отказала въ дачѣ ему городской земли въ вѣчное владѣніе, но изъявила согласіе отдать ему ту землю въ долгосрочную аренду. Такого исхода дѣла А. Ерофеевъ не ожидалъ и арендовать земли не пожелалъ, твердо уповая вь скоромъ времени добиться своего.

Вь 4—5 верстахъ отъ города, на юго-востокъ, есть салотопенный и мыловаренный заводъ того же Андрея Ерофеева. Приготовляемыя на этомъ заводѣ свѣчи и мыло ранѣе отличались хорошими достоинствомъ, но вь послѣдине время стали весьма незавидны, особенно свѣчи.—Въ зимнее время чрезъ заводъ пролегаетъ изъ присартланскихъ селеній (Сартланъ—большое рыбное озеро) единственная ближайшая дорога въ городъ. Пользуясь этимъ, владѣлецъ завода устроилъ тамъ какъ-бы заставу, на которой его агенты денно и нощно караулятъ крестьянъ, везущихъ въ городъ на продажу хлѣбъ и дрова, а также и сѣно, и все это у нихъ скупаютъ, сваливая тутъ же на заводѣ; а затѣмъ хлѣбъ и дрова, но мѣрѣ накопленія, обозами отправляются на другой, сосѣдній, братьевь Ерофеевыхъ же, винокуренный заводь, гдѣ и превращаются въ вино съ замечательною быстротой: этотъ заводъ, находясь въ дѣйствіи слишкомъ 10 мѣсяцевъ въ году, ежедневно пожираетъ для выкурки вина 410 пудовъ хлѣ6а, да 10 саженей дровъ, а въ годь, стало-быть,—не менѣе 123 тысячъ пудовъ хлѣба и 3-хъ тысячъ сажень дровъ. По приблизительному расчёту оказывается, что годовой пропорціи хлѣба, перекуриваемаго заводомъ Ерофеевыхъ на вино, - хватило бы на шестнадцать лѣтъ, дровь же—на цѣлую треть года для всего Каинска (съ 5-ю т. населенія и съ 500 домами)!

Сибирская газета №4, 1882 год. 24 января, воскресенье.

(с) Орфография сохранена. Выделено автором.