Миф о массовых репрессиях! Опции

[viktorin]

http://www.warandpeace.ru/ru/commentaries/view/43499/
Если кто-то отважится прочитать данную статью и высказаться, было-бы интересно узнать их мнение!

[lom]

По распоряжению Хрущева для работы комиссии были открыты все архивы, включая архив КГБ и архив Главного управления лагерей. За два года комиссия составила 60 томов отчетов. Шатуновская предлагала Хрущеву опубликовать эти материалы, но он сказал, что этого ни в коем случае нельзя делать, так как КПСС будет совершенно дискредитирована, особенно перед зарубежными компартиями. После окончания расследования Шатуновская ушла на пенсию, оставив 60 томов в сейфе в одном из отделов ЦК. Их дальнейшая судьба ей неизвестна. Поскольку многие высшие партийные чиновники (Суслов, председатель КГБ Серов) были буквально в бешенстве, что Шатуновскую допустили до самых секретных материалов, и чинили ей всевозможные препятствия, она предполагала, что они уничтожили самые компрометирующие документы. Но главные цифры, установленные комиссией, Шатуновская запомнила и сообщила их.

5

С 1935 по 1940 год были арестованы 19 миллионов 700 тысяч человек. Из них семь миллионов расстреляны. Таковы масштабы сталинских репрессий, начатых им после убийства Кирова. Близкую оценку дает и Антонов-Овсеенко. Он сообщил, что в 1956-м политбюро запросило у ГБ сведения о репрессиях и что ответ был такой: с 1935 по 1940 арестованы 18 млн 840 тысяч, из них семь миллионов расстреляны. Совпадает и период, указанный в отчете Шатуновской, и число расстрелянных. Небольшая разница лишь в общем числе арестованных: 19,7 млн у Шатуновской и 18,8 млн у Антонова-Овсеенко.

В эмиграции профессор Курганов сделал расчеты числа репрессированных в СССР с 1918 по 1959 год. Если вычесть погибших во время гражданской войны (он включил их в общее число), то получится примерно 55 миллионов. Если к 19-20-ти миллионам, о которых сообщили Шатуновская и Антонов-Овсеенко, добавить 10 миллионов уничтоженных во время коллективизации (это, по-видимому, минимальная цифра, так как, по расчетам украинских историков, только на Украине были уничтожены от пяти до десяти миллионов), то получится около 30 миллионов. Остальные 25 приходятся на заключенных, расстрелянных и погибших в лагерях до 1935-го и после 1940-го. Из крупных групп населения сюда войдут «раскулаченные», народы, выселенные Сталиным после войны, наши военнопленные, которые из немецких лагерей, пройдя смерш, пошли транзитом в советские лагеря, украинские и прибалтийские партизаны, сражавшиеся за независимость после войны, и просто ссыльные всяких других категорий, которых насчитывают до пяти миллионов.

Получается, что оценка Курганова, с которой многие не соглашаются, выглядит достоверно. С нею был согласен и Солженицын. Отметим также, что ГБ дает совершенно смехотворную оценку: три миллиона арестованных по политическим мотивам с 1918 по1953 год.

[Петрович]

С 1935 по 1940 год были арестованы 19 миллионов 700 тысяч человек. Из них семь миллионов расстреляны. Таковы масштабы сталинских репрессий, начатых им после убийства Кирова. Близкую оценку дает и Антонов-Овсеенко. Он сообщил, что в 1956-м политбюро запросило у ГБ сведения о репрессиях и что ответ был такой: с 1935 по 1940 арестованы 18 млн 840 тысяч, из них семь миллионов расстреляны. Совпадает и период, указанный в отчете Шатуновской, и число расстрелянных. Небольшая разница лишь в общем числе арестованных: 19,7 млн у Шатуновской и 18,8 млн у Антонова-Овсеенко.

В эмиграции профессор Курганов сделал расчеты числа репрессированных в СССР с 1918 по 1959 год. Если вычесть погибших во время гражданской войны (он включил их в общее число), то получится примерно 55 миллионов. Если к 19-20-ти миллионам, о которых сообщили Шатуновская и Антонов-Овсеенко, добавить 10 миллионов уничтоженных во время коллективизации (это, по-видимому, минимальная цифра, так как, по расчетам украинских историков, только на Украине были уничтожены от пяти до десяти миллионов), то получится около 30 миллионов. Остальные 25 приходятся на заключенных, расстрелянных и погибших в лагерях до 1935-го и после 1940-го. Из крупных групп населения сюда войдут «раскулаченные», народы, выселенные Сталиным после войны, наши военнопленные, которые из немецких лагерей, пройдя смерш, пошли транзитом в советские лагеря, украинские и прибалтийские партизаны, сражавшиеся за независимость после войны, и просто ссыльные всяких других категорий, которых насчитывают до пяти миллионов.

Получается, что оценка Курганова, с которой многие не соглашаются, выглядит достоверно. С нею был согласен и Солженицын. Отметим также, что ГБ дает совершенно смехотворную оценку: три миллиона арестованных по политическим мотивам с 1918 по1953 год.

55 000 000 - цифра совершенно невообразимая, потому вызывает законное сомнение.
Авторы сайта lists.memo.ru считают иначе:

"...в течение двух лет (1937–1938) по политическим обвинениям было арестовано более 1 миллиона 700 тысяч человек и не менее 725 тысяч из них были расстреляны...

...основные, наиболее массовые категории жертв политических репрессий в СССР.

I. Первая массовая категория – люди, арестованные по политическим обвинениям органами государственной безопасности (ВЧК–ОГПУ–НКВД–МГБ–КГБ) и приговоренные судебными или квазисудебными (ОСО, «тройки», «двойки» и т.п.) инстанциями к смертной казни, к разным срокам заключения в лагерях и тюрьмах или к ссылке.

По различным предварительным оценкам, за период с 1921 по 1985 г. в эту категорию попадает от 5 до 5,5 миллиона человек.

II. Другая массовая категория репрессированных по политическим мотивам – крестьяне, административно высланные с места жительства в ходе кампании «уничтожения кулачества как класса».

Всего за 1930–1933 гг., по разным оценкам, вынужденно покинули родные деревни от 3 до 4,5 миллиона человек. Меньшая часть из них были арестованы и приговорены к расстрелу или к заключению в лагерь. 1,8 миллиона стали «спецпоселенцами» в необжитых районах Европейского Севера, Урала, Сибири и Казахстана. Остальных лишили имущества и расселили в пределах своих же областей. Кроме того, множество крестьян бежали из деревень в большие города и на индустриальные стройки, спасаясь от репрессий, коллективизации и массового голода, ставшего последствием сталинской аграрной политики и унесшего, по разным оценкам, жизни от 6 до 9 миллионов человек.

III. Третья массовая категория жертв политических репрессий – народы, целиком депортированные с мест традиционного расселения в Сибирь, Среднюю Азию и Казахстан. Наиболее масштабными эти административные депортации были во время войны, в 1941–1945 гг. Одних выселяли превентивно, как потенциальных пособников врага (корейцы, немцы, греки, венгры, итальянцы, румыны), других обвиняли в сотрудничестве с немцами во время оккупации (крымские татары, калмыки, народы Кавказа). Общее число высланных и мобилизованных в «трудовую армию» составило до 2,5 миллиона человек

То же можно сказать о приблизительно 400 тысячах депортированных в 1939–1941 гг. с «новых территорий» – из Эстонии, Латвии, Литвы, Западной Украины, Западной Белоруссии, Молдавии.

Сравнивая 2,6 миллиона справок, собранных нами сегодня, с осторожными и умеренными общими статистическими оценками, мы приходим к печальному выводу: по самым оптимистическим расчетам получается, что нам удалось объединить имена примерно 20 процентов от общего числа жертв государственного террора в СССР. (Говоря об общем числе жертв, мы исходим из трактовки этого термина, вытекающей из Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18.10.1991.)

2,6х5=13 миллионов. Где же ещё 42 миллиона? Читаем дальше:

А ведь кроме бесспорных жертв политического террора, чьи имена уже оказались или, несомненно, рано или поздно окажутся на страницах Книг памяти, были еще миллионы людей, осужденных за разные незначительные «уголовные» преступления и дисциплинарные проступки. Традиционно их не считают жертвами политических репрессий, хотя многие репрессивные кампании, которые проводились силами милиции, имели явно политическую подоплеку. Судили за нарушение паспортного режима, за бродяжничество, за «самовольный уход» с места работы (перемену места работы); за опоздание, прогул или самовольную отлучку с работы; за нарушение дисциплины и самовольный уход учащихся из фабричных и железнодорожных училищ; за «дезертирство» с военных предприятий; за уклонение от мобилизации для работы на производстве, на строительстве или в сельском хозяйстве, и т.д., и т.п. Наказания при этом, как правило, были не слишком тяжелыми – зачастую осужденных даже не лишали свободы. Трудно подсчитать число людей, которых постигли эти «мягкие» наказания: только с 1941 по 1956 г. осуждено не менее 36,2 миллиона человек, из них 11 миллионов – за «прогулы»! (А что, за дезертирство с военных предприятий во время войны надо было давать путевку на курорт? - моё)
Очевидно, что главная цель всех этих карательных мер – не наказать конкретное преступление, а распространить систему принудительного труда и жесткого дисциплинарного контроля далеко за границы лагерей и спецпоселений (в терминологии самой власти это и значило «установить твердый государственный порядок»)."

Конец цитаты.
Немного длинно, но понятно.
К сожалению, эти миллионы, хотя и сидели в одно время с репрессированными, жертвами репрессий не являются.

Все это не более, чем юридическая казуистика. Вспоминается, как судили наших воинов-интернационалистов "за убийство мирных афганских жителей" - по мирным советским законам. Мы тогда, видите ли, войну Афгану не объявляли. И в Чечне было то же самое...
За всю Россию не скажу, слишком уж она большая. А конкретно по месту - пожалуйста.
Закон «О реабилитации жертв политических репрессий» реабилитировал тех, кто в условиях военного времени получил по заслугам за пытки, порки и расстрелы среди гражданского населения уезда, в том числе и своих политических противников - сторонников и сочувствующих Советской власти. Вот о таких фактах желательно помнить подольше. Лучше - вечно, чтобы не повторилось с внуками и правнуками

[vladan]

...За всю Россию не скажу, слишком уж она большая. А конкретно по месту - пожалуйста.
Закон «О реабилитации жертв политических репрессий» реабилитировал тех, кто в условиях военного времени получил по заслугам за пытки, порки и расстрелы среди гражданского населения уезда, в том числе и своих политических противников - сторонников и сочувствующих Советской власти. Вот о таких фактах желательно помнить подольше. ...

А не приходило ли Вам, уважаемый Петрович, в голову мысль: реабилитировали потому, что другую сторону к ответственности не привлекали, а даже героями объявили. Атаман Анненков в крови утопил восстание крестьян - факт. Командарм Тухачевский в крови утопил восстание крестьян - факт. Ну, ладно, Тухачевский залетел (правда по другому поводу), а герой гражданской войны, Фрунзе -утопил в крови крестьянское восстание. кроме того подленько так обманул тысячи офицеров Врангеля, дал слово и сбежал, зная, что там будут делать "интернационалист" Бела Кун и доморощенная "Землячка". Они осуждены?
Сегодняшние власти не пошли на покаяние, а решили оправдать большинство пострадавших в той войне. В Испании переворот Франко назвали переворотом со всеми выходящими из этого факта последствиями. Там решили, переворот, он и есть переворот.
Прав уважаемый коллега Хрюн, шла банальная борьба за власть, все стороны выступали от имени народа, с думами о народе, который и те, и другие и близко к власти не допускали. Мы, сегодняшние, должны чётко определиться, а иначе "всё повторится с начала". Реперессии были, есть и будут. В любой стране. Важно, чтобы было законно, подотчётно и с ответственностью за совершённое. Уголовников, думаю, мы дружно отметаем, репрессии в их отношении, обычно называют наказанием, если наказание соостветствует проступку. Путь репрессий, террора мы не должны повторить.
Простите, наболело. Кровь людская - не водица...

[Петрович]

Засомневался и заглянул в закон 1991 года.
И вот результат:

I. Общие положения

Статья 1.
Политическими репрессиями признаются различные меры принуждения, применяемые государством по политическим мотивам, в виде лишения жизни или свободы, помещения на принудительное лечение в психиатрические лечебные учреждения, выдворения из страны и лишения гражданства, выселения групп населения из мест проживания, направления в ссылку, высылку и на спецпоселение, привлечения к принудительному труду в условиях ограничения свободы, а также иное лишение или ограничение прав и свобод лиц, признававшихся социально опасными для государства или политического строя по классовым, социальным, национальным, религиозным или иным признакам, осуществлявшееся по решениям судов и других органов, наделявшихся судебными функциями, либо в административном порядке органами исполнительной власти и должностными лицами и общественными организациями или их органами, наделявшимися административными полномочиями.

Статья 2.1.
Пострадавшими от политических репрессий признаются:
дети, супруг, (супруга), родители лиц, расстрелянных или умерших в местах лишения свободы и реабилитированных посмертно.

Статья 3.
Подлежат реабилитации лица, которые по политическим мотивам были:
а) осуждены за государственные и иные преступления;
б) подвергнуты уголовным репрессиям по решениям органов ВЧК, ГПУ - ОГПУ, УНКВД - НКВД, МГБ, МВД, прокуратуры и их коллегий, комиссий, ”особых совещаний”, ”двоек”, ”троек” и иных органов, осуществлявших судебные функции;
в) подвергнуты в административном порядке ссылке, высылке, направлению на спецпоселение, привлечению к принудительному труду в условиях ограничения свободы, в том числе в ”рабочих колоннах НКВД”, а также иным ограничениям прав и свобод;
г) необоснованно помещены по решениям судов и несудебных органов в психиатрические учреждения на принудительное лечение;
д) необоснованно привлечены к уголовной ответственности и дела на них прекращены по не реабилитирующим основаниям;
е) признаны социально опасными по политическим мотивам и подвергнуты лишению свободы, ссылке, высылке по решениям судов и внесудебных органов без предъявления обвинения в совершении конкретного преступления.

Статья 4.
Не подлежат реабилитации лица, перечисленные в статье 3 настоящего Закона, обоснованно осужденные судами, а также подвергнутые наказаниям по решению несудебных органов, в делах которых имеются достаточные доказательства по обвинению в совершении следующих преступлений:
а) измена Родине в форме шпионажа, выдачи военной или государственной тайны, перехода на сторону врага; шпионаж, террористический акт, диверсия;
б) совершение насильственных действий в отношении гражданского населения и военнопленных, а также пособничество изменникам Родины и фашистским оккупантам в совершении таких действий во время Великой Отечественной войны;
в) организация бандформирований, совершавших убийства, грабежи и другие насильственные действия, а также принимавших личное участие в совершении этих деяний в составе бандформирований;
г) военные преступления, преступления против мира, против человечности и против правосудия.

Кроме того, не подлежат реабилитации направленные в административном порядке на спецпоселение лица из числа репатриированных советских граждан (военнопленных и гражданских лиц), служивших в строевых и специальных формированиях немецко-фашистских войск, полиции, если имеются доказательства их участия в разведывательных, карательных и боевых действиях против Красной Армии, партизан, армий стран антигитлеровской коалиции и мирного населения, за исключением тех, кто впоследствии принимал участие в боевых действиях против немецко-фашистских войск в составе Красной Армии, партизанских отрядов или в движении Сопротивления.

Полный текст здесь

Кажется, куда уж яснее. Спорить не о чем...

[Петрович]

Неточная цитата. Смысл искажается.

Статья 3.
Подлежат реабилитации лица, которые по политическим мотивам были:
б) подвергнуты уголовным репрессиям по решениям органов ВЧК, ГПУ - ОГПУ, УНКВД - НКВД, МГБ, МВД, прокуратуры и их коллегий, комиссий, ”особых совещаний”, ”двоек”, ”троек” и иных органов, осуществлявших судебные функции;

А если в списки "репрессированных" занести всех, кто к 1991 году в вытрезвителях побывал, тогда точно полстраны "сидело"